– Возможно, она твердо верила, что он жив, поэтому так и получилось. Ее ошибка в том, что она, подозревая сговор своего отца с обезьянами, молчала об этом. Никакого противоречия в этом нет, – возразила Адзуса.
Юкия понял, что не может толком объяснить, почему сомневается в Коумэ.
– Но, попав в Окагу, она очень радовалась. Всю вину переложила на отца и старалась заполучить лучшую жизнь, чем раньше. Как такое возможно, если она не рассчитывала на это с самого начала?
– В общем, все это только твои ощущения.
Как Юкия ни старался, любые его объяснения были отвергнуты, он чувствовал себя так, будто его же и выбранили. Ему стало не по себе. Адзуса заключила, что Коумэ все-таки человек настроения и могла легко совершить ошибку, но в целом неплохая девушка.
– Но ведь это тоже только ваши ощущения, матушка.
– У нас с тобой разный жизненный опыт. Я уверена в своем умении оценивать людей.
Против таких спокойных слов Юкия ничего не мог возразить.
«Интересно, как мать видит Коумэ?»
– Но ведь Коумэ в Тарухи изо всех сил старалась нам понравиться. Все время проверяла нашу реакцию, даже заискивала. К вам старалась войти в доверие, говорила, что, если отца не найдут, хотела бы остаться у нас.
– Да. Пока не найдут отца, – подчеркнула Адзуса и вздохнула. – Это я ей предложила. Я узнала, что в Тюо ей пришлось нелегко, вот и пригласила ее работать у нас, независимо от того, жив ее отец или нет. Даже если он оказался бы жив, она могла бы помогать нам по хозяйству, набраться опыта. Сначала она страшно обрадовалась: «Правда?!» – но потом передумала. Мол, хотя отец у нее беспутный, но он – вся семья, какая у нее есть. Если он вернется живой и здоровый, она не сможет оставить его одного.
«Даже если он вернется, ему будет тяжело».
Коумэ была уверена, что отец в порядке. Она ведь знала, что тело не нашли. При этом предполагала, что, если его найдут живым, ничем хорошим это тоже не кончится.
«Но если он жив, он обязательно найдет меня. Я не могу его бросить».
Коумэ подробно рассказывала Адзусе про своего отца. Он был большим трусом. Потеряв все деньги в азартных играх, набрав долгов, толком не работая, он все-таки ни разу не поднял руку на Коумэ.
«Обычно он ни с кем не ссорился и только раз ударил человека там, где я работала».
Это был мужчина средних лет, он заметил Коумэ, которая подавала гостям еду и напитки, и она понравилась ему – в плохом смысле. Каждый раз, приходя, он говорил ей гадкие слова и веселился, глядя, что девушка будет делать.
Как-то раз он спросил ее: «Сколько возьмешь?» Когда она поняла, что он спрашивает о ее цене, мужчина слетел со стула – это ее отец, случайно оказавшийся тогда рядом, покраснев от гнева, так ударил его. И сказал: «Не смей прикасаться к моей дочери!»
«Тогда поднялся большой шум и меня выгнали с работы. Мне было стыдно, я выбранила его: не мог полюбовно решить дело… Но ведь он рассердился из-за меня, так что я тихонько порадовалась».
«Отец-мерзавец. Это уж точно. Но он мой отец, и я не могу от него отказаться», – застенчиво улыбалась Коумэ.
Такой он ее не видел. Юкия растерялся.
– А старалась она понравиться только тебе.
– Что?
– Так ведь ты ей приглянулся!
Услышав то, что ему даже в голову не приходило, Юкия почувствовал, как в голове стало пусто.
– То есть ее многозначительные взгляды – это я ей нравился?!
– Ну почему мой сын такой недалекий? – расстроилась Адзуса.
– Нет, подождите…
Да, если посмотреть с этой стороны, многое становилось понятно. Одни и те же действия совершенно меняли свой смысл.
«Так что ж это, я себя показал круглым дураком?!» – возникла у Юкии неприятная мысль.
– Кажется, я многое видел не так… Позвольте мне еще раз встретиться с ней и поговорить.
– Отправляйся. И поскорее.
Юкия в смущении вышел из комнаты и в коридоре увидел неизвестно когда пришедшего Сумио. Тому тоже явно стало неловко, а уж Юкии вообще захотелось провалиться сквозь землю, когда он догадался, что Сумио все слышал.
– Оказывается, своей логичностью ты пошел в матушку, – серьезно сказал Сумио, и Юкия вспомнил, что те, кто не знал о его истинном происхождении, часто говорили ему, что из трех братьев он больше всех похож на мать. Поскольку характером он не слишком напоминал отца, может, и правда незаметно для себя стал повторять Адзусу.
Чтобы найти Коумэ, Юкия и Сумио полетели к Сёёгу, но девушку по дороге не встретили. Молодой господин и дамы удивились, увидев притихшего Юкию, совсем не такого, каким он уходил. Однако после рассказа Сумио их лица приняли странные выражения.
– Если он не понимает женскую душу, это все плохое влияние Вашего Высочества, – неожиданно набросилась на молодого господина Масухо-но-сусуки.
Молодой господин пробормотал:
– Значит, это я виноват?!
Хамаю сказала:
– Все-таки неправильно было с ней ссориться.
Юкия с тоской поднял глаза к небу:
– Я тоже так думаю.
– Что ж, ничего не поделаешь. Я отведу тебя к ней, помиритесь скорее.
Расстроенная Масухо-но-сусуки проводила Юкию в Нуйдоно-рё, где разместили Коумэ. Хамаю пошла с ними, но Коумэ, похоже, еще не вернулась.
