Лена. Так, Харитоша… мало ли что. Не всем же песни распевать да хохотать, как Анисья Тихоновна.
Ширинкин. Ах, нехорошо такие слова, сударыня, выговаривать… ах, как нехорошо!.. Анисья Тихоновна вам вторая мать-с…
Лена. А если я ее не люблю?..
Ширинкин. Это только спервоначалу так кажется, а потом непременно полюбите… Это уж завсегда так бывает.
Лена. Все мы жили хорошо, тихо было, а как она поселилась, так и началось… все не так, все неладно. Тоска какая-то… (Другим тоном.) Харитоша, а ты не видал Васю?..
Ширинкин. Никак нет-с… (В сторону.) Хе-хе!.. Вот оно с которой стороны тоску-то надуло нам… (Громко.) Я могу его разыскать, Елена Ивановна.
Лена. Да я так спросила, Харитоша… Никого мне не нужно.
Ширинкин (в сторону). Знаем мы эти девичьи ходы и выходы… (Громко.) Анисья Тихоновна всех у нас приструнила, а меня с Васей, прямо сказать, загоняла… ей-богу-с!.. И туда и сюда… Как искры, летаем, а все угодить не можем никак.
Лена. Вот то-то и есть, Харитоша…
Ширинкин (в сторону). Эк меня дернуло за язык…
Те же и Воротов.
Воротов (в дверях). Можно войти-с?..
Лена. Заходи… Что так бояться стал: мы с Харитошей не кусаемся.
Ширинкин. А мне-с Тихона Кондратьича проведать надо, давненько-таки не видал его… (В сторону.) Убраться отсюда подобру-поздорову, а то только мешать будешь молоденьким-то… хе-хе!.. (Уходит.)
(Молчание. Лена сидит на диване, Воротов нерешительно подходит к ней.)
Воротов. Елена Ивановна… Лена… Леночка…
Лена (смотрит в сторону). Что вам угодно, Василий Петрович?
Воротов. Ах, господи… кругом напасть! Леночка, какой я Василий Петрович:. несчастный человек, и больше ничего…
Лена. Давно ли это?.. Будет уж комедию-то разыгрывать: я все вижу, Вася… не слепая.
Воротов. Скажите, ради бога, что такое видите-то?
Лена. Все… все… Как это Анисья Тихоновна переселилась к нам, так все и пошло и пошло. Отец какой-то странный… ты тоже другой стал…
Воротов. Я? Другой?.. Да вот с места сейчас не сойти… провалиться вот здесь! Разве я не понимаю, кто вы, Елена Ивановна, и кто я: я — грязь, пыль, а вы — божество. Что мне Анисья Тихоновна?.. Да я…
Лена. Вот что, Вася, скажи мне по совести: а прежде ты ведь любил Анисью Тихоновну и она тебя тоже?..
Воротов. Прежде-с!.. я-с… то есть видите ли, была такая глупость, а как узнал вас — все как рукой сняло… ей-богу! А теперь, кроме неприятностей, ничего не получаю от Анисьи Тихоновны, и ни в чем ей не могу угодить… Изживают они меня, со свету гонят, прямо сказать; а вы тут с подозрением.
Лена. Бедненький… Так ты, значит, любишь меня по-прежнему?
Воротов. Господи, да что же это такое?.. (Плачет.)
Те же и Анисья Тихоновна (входит и останавливается в дверях; она в осеннем пальто и шляпе).
Лена (не замечает Анисьи Тихоновны и порывисто бросается к Воротову на шею). Вася, голубчик, прости меня… а я-то, глупая, приревновала тебя к ней, к Анисье!.. Она такая умная, бойкая, речистая… А теперь мне все равно: ты мой… мой…
Воротов. Я даже весьма себя понимаю, Елена Ивановна, и тоже не без глаз человек… При моем-то ничтожестве да этакое счастье… (Целуются.) Да мне плевать на Анисью Тихоновну…
Анисья Тихоновна (входит). Вот это я люблю… ха-ха!.. По крайней мере, откровенно…
(Воротов начинает пятиться к дверям.)
Анисья Тихоновна. Ты куда это, Василий? Наплевал да и бежать… Помоги мне снять пальто.
Воротов (бросается снимать пальто). Слушаю-с.
Анисья Тихоновна. Крепче за рукав держи… ах, какой неповоротливый, снять пальто не умеет, а с девушками целоваться любит. Любишь ведь, Василий?
Воротов. Все у вас, Анисья Тихоновна, насмешки одни на уме… Ну, обругали, с глаз прогнали, а то нет: надо жилы из человека тянуть.
Анисья Тихоновна (садится на диван). Ведь я змея, Василий, а чего же от змеи ждать?.. Я из тебя жилы тяну, а другая приголубит, приласкает… ну, горе-то и позабудется. Так ведь, Елена Ивановна?.. Вы, милая моя дочка, вместе будете с Васильем плевать на меня или отдельно?..
Лена. Где уж нам, Анисья Тихоновна, на других плевать… и так страшно жить. Боюсь я вас…
Анисья Тихоновна (смеется). Скажите, пожалуйста… ха-ха!.. Она меня боится, а забыла, что матери бояться не следует. Я ведь вам, Елена Ивановна, немножко сродни прихожусь… добрые люди второй матерью называют.
Лена. Нет у меня матери… никого нет.
Анисья Тихоновна. У богатой невесты всего найдется… Ты ведь богатая у меня дочка, и жениха найдешь молодого да красивого, не чета Василью. Конечно, пока можно и с Васильем время проводить… все же живой человек и до богатых невест большой охотник. Hv, что же вы стоите: идите… я не удерживаю. Василий, ты пошлешь мне Дашу…
