И правда, – небо вдруг стало совершенно черным, ветер со страшной силой гнул и ломал все подряд, ревел прибой, сверху сплошной стеной обрушился ливень. Рыцарь Сиург, изрядно промокший, еле успел закрыть за собой тяжелую дверь, как к ливню прибавился мокрый снег. Ну и погодка!
Он переоделся в сухую одежду и спустился в залу, где ярко горел огонь, и стол был уже накрыт к обеду. Крепко зажаренное со специями мясо, пироги с овощами и медом, специально приготовленная рыба, горячее красное вино, – все слегка дымилось и распространяло чудесные запахи.
Тяжелые занавеси на окнах были опущены, прочные ставни закрыты, – слышно было, как ветер время от времени швырял в них снегом и дождем, как бесновалась и ревела снаружи непогода. Молодой человек сел лицом к огню, вытянул ноги, – стакан горячего вина не согрел его. Томило неясное беспокойство, легкий озноб не унимался. Он решил поесть, обычно процесс еды успокаивал. В этот раз получилось иначе.
Тинния вошла быстрым шагом, села лицом к огню. Она выглядела уставшей и измученной, молча ела без аппетита.
– Ты чем-то встревожена?
Отношения между ними стали очень близкими, поэтому молодой рыцарь собирался расспросить ее обо всем без церемоний.
Она кивнула.
– Я плохо спала ночью, а утром эта погода… Решила немного прилечь, и напрасно. Только еще хуже стало. Вроде нет повода, а гложет что-то, сны беспокойные.
– Я ходил гулять по побережью…
– Под дождем? – Она попыталась улыбнуться.
– Утром дождя еще не было. Налить тебе вина? – Рыцарь Сиург привстал и наполнил ее бокал горячим напитком, потом налил и себе. – Никак не могу согреться.
– Не надо было ходить. Этот ветер с моря продувает насквозь.
– Мне не было холодно. Но… я должен рассказать тебе об одном странном человеке, в плаще. Я уже возвращался домой, когда увидел его, прячущимся в кустах. Это показалось очень подозрительным. Ни на монаха, ни на паломника он не похож. Те не стали бы скрываться. Да и повадка явно не та. Злой человек.
– Что? – Глаза Тиннии широко раскрылись. – Какой-то человек у нас, здесь?
– Не знаю. Я хотел проследить за ним, а он, видимо, заметил. И так на меня посмотрел… что мне жутко стало. И главное, что у него как будто нет лица. Капюшон – и все.
Сиург, как все по-настоящему смелые люди, свободно признавался, что есть вещи, которые вызывают у него страх. Но он никогда не давал страху ни малейшей возможности взять верх над ним.
Тинния медленно бледнела. Она поставила стакан с вином на стол и уставилась на гостя.
