Они нашли подходящее место для парковки, вышли на дышащую зноем улицу, нашли лавочку, укрытую жиденькой тенью подстриженных деревьев, и с аппетитом принялись за еду. Людмилочка ела жареную картошку, запивая ее холодной колой, и чувствовала себя такой счастливой, какой бывала в давно забытом детстве, когда пробираясь утром к новогодней елке, с замиранием сердца обнаруживала там подарки.
– А знаете, Влад, у некоторых людей, – не у всех, конечно, – есть тайное имя. У меня есть. А у вас?
– Наверное, тоже есть. – Влад засмеялся. – Со мной происходят такие невероятные вещи, что я готов поверить во что угодно!
– Наш ум воздвигает слишком много барьеров. Мы живем словно за частоколом, а иногда нужно подпрыгивать, чтобы за этой стеной увидеть безбрежный мир. – Людмилочка счастливо вздохнула. – Надо дать своим мыслям уплыть, отпустить их в путешествие по водам иного бытия…И тогда пространство перестает быть безразличным и нейтральным, – оно наполняется энергией, возможностями и любовью. И начинаешь чувствовать себя центром вселенной. С вами бывает такое?
Влад поперхнулся, и ему пришлось откашливаться, прежде чем он смог ответить.
– Центром вселенной?
А что, пожалуй, это ему нравится. Влад жевал, смотрел на снующих туда-сюда людей, и вдруг явственно понял, что между ним и этими людьми образовался некий разрыв, и что этот разрыв постепенно растет. Ему показалось, что он приник к замочной скважине и смотрит на другую реальность, – вот едут машины, продается мороженое, молодежь обнимается, служащие спешат… но все это происходит как бы на другом берегу.
Раздался сигнал телефона, который Влад не стал оставлять в машине, и правильно сделал. Звонил Сиур, он сообщил о неудаче с женой Сташкова и беседе с египтологом.
– Подробности при встрече. А у вас что?
– Все идет по плану. – Влад смотрел на Людмилочку и глупо улыбался. – Сейчас едем к тебе.
В квартиру Сиура никто не входил. Они, уезжая, оставили в двери условный знак. Если бы кто-то посторонний открывал, то это стало бы видно. Условный знак был на месте.
– Проходите.
Влад открыл сложный замок, вошел и отправился на кухню. Людмилочка села на пуфик в прихожей. Они не собирались надолго задерживаться, только взять цветок.
– Идите сюда! – раздался из кухни взволнованный голос молодого человека.
Посреди кухни стоял Влад, уставившись на вазу с лотосом, вместо которого по столу растеклась бесформенная масса зеленовато-розоватого оттенка. Людмилочка медленно подошла. Они молча смотрели на остатки того, что еще вчера было цветком, – во всяком случае, выглядело как цветок.
– Что это значит? Он что, растаял, что ли?
– О, черт! Я говорил, что с этим цветком что-то неладно. Но не до такой же степени?! – Влад пришел в замешательство. – Что с ним случилось? Черт, он действительно растаял… Никогда такого не видел. Обычно увядший цветок совершенно не так выглядит. Вы не находите?
– Нахожу.
Людмилочка обошла вокруг стола, с опаской глядя на остатки лотоса.
– Странно… – Она подняла глаза на Влада. – Что же с ним делать?
– Я бы выбросил эту гадость. Но что скажет шеф?
– Так позвоните ему!
Людмилочка сбегала в прихожую и принесла телефон.
Влад доложил Сиуру и Тине о состоянии цветка и получил указание все оставить так, как есть, и ничего не трогать.