– Только не нужно горячиться. Чем я могу вам помочь? – растерянно спросил Олимпий Петрович и почувствовал полную беспомощность.
– Мы с Пертюком стараемся изо всех сил. Правительство отказало нам в субсидиях, – заявил Кафнюк. – Я в отчаяние и не знаю, что делать. Надо просить денег… – заявил Кафнюк. – Не знаю, у кого. Мы только что с Пертюком из правительства. И нам ничего не обещали… Дают ничтожные деньги. Не знаю, как быть…
Правда же заключалась в том, что деньги действительно давали небольшие. И даже тот тоненький финансовый ручеек, который выделялся правительством, кипучие бездельники, Кафнюк и Пертюк использовали для своих делишек, прокручивая полученные субсидии на счетах в банках и пристраивая их на личных счетах. Бизнес на рабочем месте получил повсеместное распространение. К тому же работала система откатов. Заплатить, кому надо за ремонт, чтобы потом получить откатные это тоже надо было уметь. В итоге денег на ремонтные работы хватало только на то, чтобы штукатур резко, размахнувшись мастерком со смесью, понял, что за эти деньги он уже все сделал и опустил руку. Кафнюк и Пертюк с утра прошвырнулись по кабинетам правительства и не получив дополнительных денег, чтобы их прокрутить в банке, заехали в ресторан пообедать. Деньжата в их карманах в отличие от кассы зоопарка у обоих водились. Приняв за обедом грамм по сто пятьдесят коньяка, они раскрасневшиеся вернулись на работу, чтобы просигнализировать об отсутствии денег для зоопарка у правительства.
– Нет, конечно, мы будем искать решение… Мы будем искать деньги, – увидев совсем расстроенный вид директора, – твердо сказал Кафнюк. – Я в Мэрию, – сказал он. Тут же развернулся и умчался из кабинета. Работа на сегодня им была закончена. Он просигнализировал, дал указания и обозначил свою бурную деятельность.
Едва Олимпий Петрович взялся руками за виски разболевшейся головы, в которой эхом звучало навязчивое «деньги, деньги, деньги…», как зазвонил телефон. Он снял трубку и услышал сообщение вахтера о том, что к нему на машине приехал визитер.
– Пропустите машину. Пусть подъезжает прямо к административному зданию.
Через несколько минут профессор через окно увидел, как подъехал сверкающий, зеленовато-радужный «Мерседес» напоминающий цветом майского жука и остановился около клумбы, лишенной половины цветов. Из машины справа вышел крупный вальяжный парень. «Он, – подумал Олимпий Петрович, – Высокий представительный…» Но в это время высокий и представительный подошел к двери переднего пассажира и открыл ее. Из машины вышел невысокий упитанный человек в клетчатой кепке в светлой тройке, пиджак, жилетка и брюки, с усиками и направился к входу в административное здание. Высокий и представительный оказался просто шофером.
Олимпий Петрович слышал, как стукнула входная дверь. Он слышал, как застучали каблуки по коридору, и поднялся с кресла, чтобы встретить гостя. Послышался стук в дверь и не успел он что-либо сказать, как в кабинет без приглашения вошел приехавший мужчина с портфелем, в белом костюме в симпатичной клетчатой кепке, из-под козырька которой виднелись карие смышленые глаза.
– Здравствуйте! – сказал мужчина, поправил мизинцем холеные усики и быстро, с оценкой оглядел кабинет. Выражение лица у пришедшего было такое, как будто начальник зашел в кабинет подчиненного, к которому хорошо расположен. – Если не ошибаюсь, Олимпий Петрович Катков-Саваннский?
– Не ошибаетесь. Здравствуйте! – поприветствовал вошедшего Олимпий Петрович и сделал приглашающий жест. – Проходите, садитесь. Кепочку можете повесить на вешалку.
– Ничего, спасибо, – сказал Имелов и с недоверием покосился на вешалку и в кепке сел за стол.
Свою кепку Имелов считал талисманом и не расставался с ней ни при каких условиях. Однажды на вечеринке со знатными гостями Имелова уговорили снять кепку и его сразу потеряли. Перестали узнавать и к жене стали приставать с вопросами: «Где ваш муж?» Хотя он сидел рядом и с аппетитом закусывал рыбкой после ста грамм коньяка. Когда она взяла его под ругу, те же знатные люди стали спрашивать его: «Где ваша кепка?»
– Имелов Альберт Геннадиевич, бизнесмен, – представился он, пожимая протянутую профессором руку и положил на стол перед Олимпием Петровичем визитку.
– Директор зоопарка, Катков-Саваннский Олимпий Петрович, – как можно крепче и дружелюбнее пожал профессор руку бизнесмена и прочитал на полученной визитке: «Генеральный директор фонда «Помощь животному миру» Имелов Альберт Геннадиевич».
К своему неудовольствию Имелов отметил, что хотя старичок в директорском кресле и выглядит хилым доходягой, ручка у него крепкая.
