— Как познакомились? Только не надо про машину, ладно? — Вадик достал их бардачка сигареты и закурил, и салон заполнился ароматом ментола с табаком.
— Все так и было. Честно. — Он открыл окна. — И выброси эту дрянь, я же пару месяцев как бросил.
Вадик закатил глаза, но сигарету потушил. Обернулся к Орхану, и прямо спросил:
— Орхан, — тот скорчил гримасу, Вадик опять начал играть роль старшего брата. — Зачем ты на ней женился?
— По большой любви! — он откинулся на сидении и прикрыл глаза. Другой бы отвалил, посчитал бы, что разговор закончен. Но только не Вадик.
— Мне-то не ври, ты ведь даже с ней и не спал.
— Много ты знаешь, — не открывая глаз, сказал Орхан.
— Не много, но это точно.
— Держи свое мнение при себе. Договорились?
— Неужели не тянет или она не в твоем вкусе? — Орхан резко открыл глаза, выпрямил спину и потянулся к ручке.
— Не забывайся, ты говоришь о моей жене. — По тону его голоса можно было понять, что говорить об отношениях с женой он не будет. Орхан вышел из машины, громко хлопнув дверью. Вадик остался сидеть и тупо улыбался.
— А ведь жаль, был таким хорошим парнем, а теперь комок нервов…
Он вернулся в магазин, где Айсель пыталась ходить на пятнадцати сантиметровых каблуках. У нее это явно не получалось. Она шагала по белому мрамору магазина, как корова по льду.
— У нас проблемы? — он прислонился к дверному косяку, сложив руки на груди. На ней были туфли черт знает от какого кутюрье. Кем бы он ни был, Орхан пожелал ему провалиться.
— Нет, что ты? Разве не видно, порхаю как бабочка. — Она столько сил вложила в ответ, что позабыла балансировать в туфлях и пошатнулась. Орхан мигом подхватил ее.
— Может, вместо того чтобы тратить энергию на ответ, сосредоточишься на хождении? Так и шею сломать можно.
— Буду иметь в виду, — ответила Айсель, отстраняясь от него.
— Ты что вообще каблуки не носила?
— Почему? Носила. Надела в первый день учебы в университете.
— Не понравилось?
— Не успела почувствовать удовольствие, каблук отлетел у главного входа. — Он рассмеялся.
— И что ты сделала?
— Я не стала отрывать и второй каблук, как в какой-то рекламе, просто допрыгала до ближайшего магазина и купила кеды. А туфли до сих пор храню, как память о первом дне учебы.
— Ты прелесть. — Вырвалось у него. И он сразу пожалел об этом. Но Айсель не заметила его сожалений.
— Я знаю, — лукаво улыбнулась она, подмигивая. — На меньшее Орхан Эльханович Каримов не согласился бы, правда?
— Правда. — Ну что еще он мог ей сказать.
Когда мы выходили из бутика, начинало темнеть. Галина Андреевна с улыбкой на лице и с полным ликованием в душе проводила нас до машины. Еще бы, я даже в мыслях не могла представить, во сколько это все обошлось Орхану. Девушки-консультантки помогали Вадику складывать многочисленные пакеты и коробки в машину. Но, увы, все не поместилось. Все, что осталось, должны были прислать на дом.
Только мы сели в машину, как меня потянуло ко сну. Еще бы, ведь с самого утра я только и делала, что бегала от примерочной к зеркалу и обратно. И пили мы только чай. Правда было еще печенье и шоколадки. Но от мучного и сладкого я воздержалась. Галина Андреевна предложила заказать обед, но Орхан отказался. Надеялся, что мы быстро закончим. Его надежды не оправдались. Когда мы выходили из Подиума, было около девяти. Так что вполне логично, что я заснула в машине. И проснулась, только когда Орхан потрепал меня по плечу и прошептал:
— Эй, приехали. — Я сонно открыла глаза — он улыбался искренне, без издевки. Довольно редкое явление для него. Я улыбнулась в ответ.
— А где Сати? — вспомнила я, подавляя зевок.
— У себя. Мы ее по дороге высадили. — Он протянул мне руку. — Пошли в дом.
— Я проспала все на свете? — спросила я, вкладывая свою руку в его широкую ладонь.
— Нет, только самую малость. Завтра с утра поедем к Нати.
— О, здорово! — я скорчила гримасу. — Я должна знать, кто такая Нати?
— Она — модный стилист.
— Ясно…
Он открыл дверь и пропустил меня вперед.
— И почему ты просто не можешь спросить, кто она? Обязательно уколоть?
— Извини, но порой, так трудно сдержаться. Думаю, ты меня понимаешь.
— Намек понял.
Тут нам на встречу вышла баба Аля.
— Явились! Я-то уж думала, вы и спать там будете.
Она чмокнула мне я в лоб. Я почувствовала, что от нее пахло свежей выпечкой и корицей. До Орхана она так просто не дотянулась, ему пришлось нагнуться. И сделал он это демонстративно, словно его заставляют. Его баба Алю громко чмокнула в щеку. И снова посмотрела на меня:
— Господи, в доме два дня, а уже исхудала. Стыд и срам! — Она повернулась к Орхану: — Ты ее сегодня кормил?
Он покачал головой. Баба Аля не то в шутку, не то всерьез дала ему подзатыльник.
— Быстро мыть руки, и на кухню…
Орхан не дослушал и потянул меня к лестнице:
— Дай ей волю, она будет причитать до утра.
Он проводил меня до комнаты. И тут до меня дошло, он все еще держит мою руку. Похоже, он тоже только спохватился, и резко разомкнул руку.
— Жду тебя внизу.
Он зашел в свою комнату и громко хлопнул дверью.
