В моей памяти запечатлелось каждое мгновение этой ночи. Я помню каждый кусочек его тела, каждую родинку, каждый шрамик. Я помню его прикосновение и его нежные слова. И то, как перед самым концом, он прокричал мое имя. Это все останется со мной навсегда, это принадлежит лишь мне.
Во мраке комнаты Орхан заметил слезинку на щеке у жены. Он встревожился.
— Тебе больно? — Он попытался отодвинуться от нее.
— Нет, — прошептала Айсель, не поднимая взгляда.
— Айсель! — Он кончиками пальца приподнял ее подбородок и поймал ее взгляд. — Что случилось?
— Я… — "Я люблю тебя", хотелось прошептать ей, но она сдержалась. — Я… очень счастлива. И это была… самая… незабываемая ночь. — Он прижался губами к ее губам, не дав договорить.
— У меня тоже, — выпалил он. Айсель недоверчиво усмехнулась. — И не смейся. — Добавил он, проведя рукой по щеке.
— Так и самая, — огрызнулась девушка, Орхан решил ее переубедить, впившись в ее губы страстным поцелуем, не дав ей возможность сморозить очередную глупость.
— Орхан! — Смущенно вскрикнула Айсель, оторвавшись от него.
— Что? — С наигранным удивлением спросил он. — Сама виновата.
— В чем? — Удивилась девушка. Орхан прожигал ее взглядом, в глазах плясали чертята. — Нельзя быть такой сладкой. — Он вновь потянулся к ее губам.
— Орхан, — еле дыша, визгнула Айсель. — Мне надо в душ. — Орхан рассмеялся.
— Так иди, кто мешает?
— Ты. — Он вздернул бровь. — Часть одеяла под тобой. Я не могу в него завернуться, пока ты на нем.
— Так иди без простыни, я только за.
— Орхан! — Простонала Айсель, надув щечки, как обиженный ребенок. Орхан сжалился и откинул с себя одеяло, ни капельки не смущаясь своей наготы. Айсель, вспыхнув, собиралась что-то пробормотать, но передумала. Тщательно завернувшись в одеяло, скрылась в ванной. Орхан еще долго смотрел ей вслед, сам себе удивляясь. Кто бы мог подумать…
Солнце только всходило, тоненькие лучи начали проникать в комнату. Он осмотрелся, на полу валялась одежда: разодранная рубашка, джинсы, ночная рубашка Айсель. Здесь надо было прибраться, пока Аля все тут не обследовала, как заправский сыщик. Орхан наспех содрал с постели простынь, собрал с пола их одежду и направился в свою комнату принять душ. На ходу он думал о том, чтобы перенести к Айсель хотя бы часть своих вещей.
Она вышла из ванной, Орхана не было. Но комната приобрела более-менее приличный вид. Айсель смутилась, ей даже в голову не пришло собрать вещи с пола, заметив отсутствие простыни, она смутилась еще больше, на щеках выступил румянец. Покачав головой, девушка направилась в гардеробную. Наспех выбрав легкий сарафан неизвестной ей ранее марки, светло-розового цвета, с серыми кружевами на бретельках. Легкая ткань нежно обтягивала талию и струилась по бедрам, плавно опускаясь чуть ниже колен. Айсель еще раз осмотрела себя в зеркале и осталась довольней. Волосы она собиралась заплести в косу и заколоть на макушке.
— Нет, — прозвучал голос Орхана, девушка вздрогнула.
— Ты меня напугал. — Он подошел ближе и поцеловал жену в макушку. Он сам поражался, насколько он стал зависим от нее. Он постоянно нуждался в прикосновении к ней, ему хотелось чувствовать ее, вдыхать ее запах. — Не закалывай их. Мне так нравится.
— Да? А мне нет. Посмотрела бы я на тебя с такой тяжестью на голове. — Не обращая внимания на ее слова, Орхан зарылся лицом в водопад волос.
— Ты пахнешь сиренью.
— Это не я, а шампунь. — Прошипела Айсель, пытаясь вырваться. Орхан сжал ее крепче.
— Тебе идет розовый.
— Розовый идет всем. — Она продолжала попытки вырваться.
— Ну почему нельзя просто со мной согласиться? — Айсель развернулась лицом к мужу и упрямо покачала головой.
— Купи себе попугая.
— Буду иметь в виду. — Он обхватил ее талию и потащил к двери. — Я есть хочу.
— Вряд ли в такую рань на кухне кто-то есть.
— Зачем мне кто-то? У меня есть жена. — И пусть не совсем дружно, но вместе, продолжая припираться, они направились на кухню.
_________________
Надо же было так вляпаться… по самое сердце!
После тревожного звонка Вадика, Эльхан места себе не находил. Было два часа ночи, когда раздался звонок, которого он ожидал.
— Она у себя, мы едем? — На том конце провода спросил Вадик.
— Да. — Устало прошептал Эльхан и, глотнув таблетки успокоительного, вышел из квартиры.
Лариса жила в гостинице "Мир" в самом центре Москвы. И, конечно же, в самом дорогом номере люкс. Останавливаться в других было ниже ее достоинства. Эльхан удивился, узнав, что она живет одна, без очередного благодетеля. И тут вспомнил — она ведь сейчас замужняя дама.
Он остановился перед номером 108 и постучал.
