залитое слезами лицо, прошипел. — Не дождешься! Слышишь, никогда этого не будет! А еще раз
выкинешь номер вроде этого, я привяжу тебя к себе. Ясно? Я не позволю тебе так легко от меня
избавиться! И все твои мнимые причины… мне на них наплевать! Что ты хочешь услышать? Что я
люблю тебя? Празднуй! Ликуй! Я люблю тебя! И жить без тебя не могу! Да и не хочу! Ну что?
Довольна? Надеюсь да, милая моя, в противном случая, я ничем не могу тебе помочь. И больше я не
дам тебе повода сбежать! А ту чертову квартиру, если тебе еще интересно, пропади она пропадом,
я купил, когда мы были еще в Лондоне, задолго до того как у меня поехала крыша! И ты могла
бы в этом убедиться, если бы ты утруждала себя просмотром даты на документах! А теперь, детка, ты встаешь со стула, одеваешься, и мы
едем домой! Без сопровождающих! — Из соседней
комнаты раздался смешок. — И в ближайшее время гостей не принимаем.
Он говорил, что любит, а я не верила своим ушам. Нет, все не могло быть так просто, так не бывает. Я искала подвоха в его словах, но не могла найти. Его "я люблю тебя" звенело у меня в ушах, его признание отдавалось эхом в каждой частичке моего тела. Теплая волна накрыла меня с головой, когда он поднял меня на руки и вышел из квартиры. Словно в замедленной съемке, я видела, как Сати побежала нам вслед с моими босоножками в руках, как Вадик остановил ее, усмехаясь… Я помню радостное лицо Эльхана и одинокую слезу, скатившуюся у него по щеке. Он привез меня домой, в наш дом. Аля выбежала нам навстречу, но
Орхан послал ее к черту и отправил в отпуск. Не выпуская меня из рук, он поднялся к нам в
комнату, и уложил на кровать. Я заснула, едва моя голова коснулась подушки.
* * *
Проснулась я в полном мраке, я лежала одна в своей широкой постели. Через некоторое время
глаза привыкли к темноте и я заметила Орхана, сидевшего на диване у окна. Он смотрел на меня.
— Я не представляю своей жизни без тебя. — Прошептал он, глядя на небо усеянное звездами.
"Завтра будет жарко", — подумала я и, откинув одеяло, попыталась встать. Но не получилось: едва
встав, я вновь рухнула на кровать. В следующую секунду он оказался рядом.
— Черт. Ты в порядке? — В его голосе прозвучали истеричные нотки.
— Нет! — Покачала я головой, наблюдая за беспокойством на его лице. — Орхан, я хочу есть…
Он опять поднял меня на руки и понес на кухню. Было смешно наблюдать за его попытками
приготовить мне что-нибудь поесть. В итоге мне пришлось ему помочь. Чуть позже, когда мы
сидели за столом, поглощая яичницу, он решился спросить.
— Почему ты не сказала мне о нем сразу? — "О нем", он имел в виду ребенка.
— А я только вчера и догадалась.
— Прямо-таки и вчера.
— Ну да, у меня нет опыта в этом дела, так что извини… — Он хмыкнул.
— Я боюсь… — Прошептал Орхан, отводя от меня взгляд.
— Чего? — Удивилась я.
— Ты что, думаешь, я каждый день становлюсь отцом?
— Неужели? — Полюбопытствовала я.
— Глупости не говори. — Мое любопытство он принял за оскорбление чести. — Я был очень осторожен, до того, как мне не снесло голову. Нет, мне точно
придется отказаться от интернета.
— Да ладно тебе. — Потом подумала, что боюсь будущего материнства не меньше него. — Не бойся. -
Прошептала я. — У меня, если честно, опыта тоже не многовато. Если честно, его вообще нет. Но я с
тобой. — Орхан подошел ко мне и обнял за плечи.
— Я люблю тебя. — Прошептал он мне на ухо и посмотрел ожидающе. Я изобразила недоумение. — Ты должна ответить «я тебя тоже».
— Катись к черту, хотя, нет, сначала отнеси меня в спальню, я спать хочу, а потом катись…
— Мстишь? — Спросил он, поднимая меня на руки. Я кивнула. — И все равно люблю тебя.
Рассвет мы встречали на нашем излюбленном диване, обнимаясь под теплым одеялом. И было в этом утре что-то необычное, мистическое. Впервые за долгое время я почувствовала себя дома,
на своем месте. Да, мое место здесь — с ним, в его объятиях. Значит вот оно какое, счастье. Рука Орхана покоилась на моем пока еще плоском животике. Он, наверно, как и все мужчины, ожидает сына, я не стала его разубеждать. Хотя знала наверняка, у нас будет дочка, и я уже знаю, как ее будут звать.
Орхан сидел в кресле-качалке у колыбельки дочери и со счастливой улыбкой на губах охранял ее сон. Малышка посапывала, сося большой пальчик. Ее заботливый папочка пытался вытащить пальчик из ее маленького ротика, безрезультатно.
— Упрямица. — Вынес свой вердикт Орхан. — Вся в мамочку. — Мамочка, вошедшая в комнату, с данным
утверждением не согласилась.
— Да, а папочка у нас ангел небесный! — Возмутилась она. — И вообще, Каримов, разбудишь, будешь сидеть с ней до самого утра сам. Ясно? — Орхан, кивнув,
поманил жену к себе. Он бережно усадил ее на колени, поглаживая длинные шелковистые волосы. За время беременности они стали еще
длиннее:
— Посмотри, как она спит…
— Просто замечательно, Мне тоже нравится, когда она спит.
— Я люблю тебя. — Прошептал он ей на ухо, его губы нашли ее, слившись в поцелуе. — Я соскучился… — Руки Айсель потянулись к пуговицам на рубашке мужа.
