Лиатанец замер, потом бросился отпирать тяжелые ворота. Дамиан вошел внутрь, равнодушно отметив про себя, что не ощущает никакого трепета, впервые за пятнадцать лет ступая на родную землю – зря только беспокоился. Пограничник пригласил его в небольшую сторожку, в которой было темно и пахло жареной рыбой; едва взглянув на фальшивый паспорт, парень тут же вернул его со словами: «Добро пожаловать в Лиату, господин барон!».
– Может, у вас на заставе найдется лишняя лошадь? – с надеждой спросил Дамиан. – Или даже экипаж?
– Экипажей сроду не было, – покачал головой пограничник. – Лошадь есть. Одна. На ней посыльный с утра ускакал в столицу с поручениями.
– Что ж вы такие бедные-то, – вздохнул Дамиан.
– Здесь вам, господин барон, не Аскор.
Он промолчал, прикидывая, что ему теперь делать. До Лорка по главной дороге – часа три топать, если не больше. Конечно, машина будет ждать его на городской площади в девять вечера, а сейчас еще только двенадцать с небольшим, и у него в запасе уйма времени, чтобы встретиться со старой феей и обсудить с ней все важные вопросы… Однако это не значит, что ему, великому императору и будущему властелину мира, улыбается провести полдня на ногах, шагая пешком по пыльным лиатанским дорогам. Где же раздобыть лошадь?
– Мне кажется, тут поблизости раньше был замок, – задумчиво проговорил Дамиан.
– Есть замок, – кивнул пограничник. – Графини Тиорской.
– Как туда добраться?
– А вот выйдете за ворота, и по дорожке через луг, а дальше будет лесок – можно леском пройти, так там три тропинки, если пойдете по правой, то потом свернуть, а если по левой, то прямо, а если не леском, то назад и по главной дороге, но так дольше…
– Хватит объяснений, – поспешно перебил его Дамиан. – Проводи меня до замка.
– Я же на посту… – Парень сделал круглые глаза.
Дамиан окинул его хмурым взглядом. Снова использовать внушение? Это просто, но есть ли необходимость? Таких солдатиков на заставе – несколько десятков.
– Позови кого-нибудь другого меня проводить.
– Да кто ж пойдет? – удивился лиатанец. – Сейчас обед. Мне вон тоже принесли, стынет…
Дамиан вздохнул – он бы, пожалуй, тоже не отказался от обеда, но не идти же за едой на солдатскую кухню. Поняв, что без внушения все-таки не обойтись, он еще раз внимательно посмотрел своему собеседнику в глаза. Секунд через пять тот подпрыгнул на месте, подбежал к двери, выскочил на крыльцо и окинул взглядом широкий двор. Дамиан тоже вышел на крыльцо; по двору торопливо шагал молодой гвардеец.
– Эй, Зуф! – обрадовался пограничник. – Иди сюда, срочное дело!
– Да я и так на обед опаздываю! – возмутился гвардеец. – Меня с отчетом задержали!
– Рядовой Зуфий, немедленно подойти к старшему по званию, – строгим голосом отчеканил пограничник.
Рядовой опустил голову и поплелся к сторожке. Старший пограничник сошел по ступенькам ему навстречу.
– Вот барон Аскорский из Аскора, – сказал он. – Ты должен проводить его в замок.
– Да на обед же опаздываю… – простонал Зуф. – Сегодня ж караси жареные…
– Это приказ.
Зуф с тоской посмотрел в сторону казармы.
– Следуйте за мной, ваше благородие, – вздохнул он, кажется, попрощавшись с надеждой успеть на карасей.
Зуф развернулся и зашагал обратно через двор, прямиком к красивым кованым воротам. Дамиан не спеша отправился за ним. Дойдя до ворот, Зуф с лязгом отодвинул в сторону огромную щеколду, приоткрыл их, протиснулся, а потом так же печально, не оборачиваясь, побрел по грунтовой дороге к цветущему лугу. Дамиан немного отстал, разглядывая казарму и уже мысленно прикидывая, сколько придется потратить из государственного бюджета Аскора, что привести тут всё в порядок – если, конечно, он вообще согласится на это предложение об объединении…
Его провожатый вдруг бросился вперед, окликая кого-то на бегу. Пожав плечами, Дамиан прибавил шаг. Теперь он и сам мог видеть, за кем они гонятся: впереди по дороге шла бедно одетая селянка. Зуф продолжал нестись за ней, Дамиан почему-то проникся важностью задачи и старался не отставать, и когда они ее почти догнали, селянка наконец услышала – обернулась.
Оказалось, это девушка, совсем молодая девушка – лет двадцати, не больше. Она смотрела на Зуфа и тепло ему улыбалась, как улыбаются старым друзьям.
У нее была светлая улыбка, милые ямочки на щечках, веснушки на носу и огромные синие глаза, в которых отражалась Вселенная.
«Она ненастоящая, – сказал себе Дамиан. – Она не может быть настоящей. Разве может?»
Лучи полуденного солнца окутывали ее фигуру; этот яркий, почти нестерпимый свет ослеплял, императору хотелось зажмуриться, хотелось отвернуться… только не получалось.
«Боже», – думал он.
«Господи боже», – думал он.
«Господи боже мой, откуда ты взялась здесь такая?» – удивлялся он.
Зуф что-то ей объяснял, незнакомка что-то отвечала… Дамиан не слышал. Ничего не слышал, ни слова. Все звуки куда-то пропали. Оглушенный, пораженный, он продолжал пялиться на чудо перед собой.
