Рубежанский тяжело выдыхает, замечая меня за квадратной спиной Алексея. Он раздумывает всего секунду и все-таки делает шаг в лифт, отсылает своего охранника взмахом ладони и хмуро бросает “четвертый” Алексею.
Блаженный эффект от оздоровительных процедур мгновенно пропадает. Я отступаю к стенке и чувствую себя неуютно, находясь рядом с этим хамом в махровом халате. Я едва контролирую свои руки, чтобы не начать поправлять ворот и одергивать запах. Надо как-то изобразить уверенность в себе, даже если этой самой уверенности во мне кот наплакал.
– Как вам наш спа, Алиса Сергеевна? – спрашивает Рубежанский, понижая голос.
Он успокоился, это сразу заметно. Тот всплеск агрессии остался позади, но он прожигает меня столь надменно-вызывающим взглядом, что хочется грубить в ответ. Я не привыкла к таким играм, но начинаю понимать, что у этого Рубежанского какие-то счеты с настоящей Алисой Сергеевной. Наверное, она перешла ему дорогу. Испортила репутацию его заведению? Написала разгромную рецензию? Так или иначе, он злится, но сдерживается как может.
– Прекрасно, – отвечаю с фальшивой улыбкой.
Я поднимаю глаза и смотрю прямо на его. В скованные льдами глаза и до опасного привлекательное лицо. Оно привлекает именно мужской харизмой, грубоватой и концентрированной. Как облако дыма от кубинской сигары.
– Вы там тоже побывали? – я не могу удержаться от шпильки, он давит на меня одним своим присутствием, одним своим взглядом, в котором читается привычка к превосходству. – Я вижу, что вы успокоились. А там прекрасные релаксирующее процедуры.
Уголки его жестких губ ползут вверх. Недоусмешка, недоулыбка.
– Не пробовал, – он коротко качает головой, не отрывая от меня взгляда. – Но рад, что мы угодили вам.
А вот теперь он усмехается по-настоящему. Ничего он не рад, и угождать терпеть не может.
– А по вам не скажешь.
– Что?
– Вы назвали меня стервой, я прекрасно слышала. А массаж, к вашему сожалению, не стирает память, так что я помню, что вы меня на дух не переносите.
– Вышел, – грубо бросает Рубежанский, оборачиваясь к охраннику.
Бедняга чуть не бьется лбом об стальные дверцы, спеша исполнить приказ босса в ту же секунду. Алексей нажимает кнопку ближайшего этажа и выходит прочь, я инстинктивно следую за ним, но Рубежанский выставляет ладонь. Он нагло вжимает пальцы в мой живот, показывая, что никуда я не пойду.
– Так сколько? – произносит он с хрипотцой.
Я как идиотка хлопаю ресницами и не сразу догадываюсь, что он говорит о взятке. Черт, я же сама спровоцировала! Я только что сказала, что массажа мне мало, вот он и решил, что я намекаю на деньги.
– Мне не нужны деньги.
Я отмахиваюсь, пытаясь стряхнуть его крепкие пальцы с халата. Но господин Рубежанский вновь и вновь оправдывает звание упрямого хама.
– Тогда что вам нужно?
Что мне нужно?
Нужно что-то ответить и побыстрее.
– Интервью, – слово слетает прежде, чем я успеваю его обдумать.
“Интервью?” Этот вопрос загорается в мужских глазах. Я тоже удивлена… Не знаю, что на меня нашло, но теперь надо как-то исправлять ситуацию. Я поднимаю ладонь и касаюсь манжета его рубашки. Как раз там, где блестит золотая запонка в форме треугольника с остро заточенными углами. Об них легко порезать пальцы, если залюбоваться. Рубежанский весь такой: роскошный и опасный.
– Да, я хочу интервью с вами, – не сдавать же назад, если уж вырвалось, то буду доигрывать партию. – Хочу поговорить о вашем бизнесе, о вашей жизни…
– Для книги? Вы решили сделать меня главным героем?
– Может быть. Книги о плохишах хорошо продаются.
Я обхватываю его запястье и отодвигаю от себя подальше. В его второй руке я замечаю пакет с косметикой, который он забрал у охранника.
– Я отнесу в ваш номер, – Рубежанский угадывает направление моего взгляда и коротко улыбается, во всяком случае пытается. – Заодно можете начинать задавать вопросы. Я буду здесь всего день, у вас мало времени.
Он первым выходит из лифта и, не оборачиваясь, направляется к моему номеру. То есть он согласился на интервью? Так легко? Может, ему хоть чуточку стыдно за утреннюю выходку, вот он и проявил сговорчивость? Хотя вряд ли. Не тот человек.
Я иду за ним и обдумываю, что делать дальше. Кажется, я накосячила. Понятия не имею, какие вопросы задавать боссу отеля и как при этом не выдать, что ничего не понимаю в гостиничном рынке. Боюсь, одного неверного слова хватит, чтобы Рубежанский раскусил меня. Он вообще выглядит матерым волком, видно, что собственными руками построил бизнес, а не получил его от богатого папы.
Черт, черт, черт. Надо срочно перевести тему.
– Вы всегда командуете? – я останавливаюсь, выдыхая вопрос прямо в широченную спину Рубежанского. – Выставляете условия?
Он плавно оборачивается и смотрит на меня через плечо с недоумением.
– “Можете начинать задавать вопросы”, – я повторяю его хозяйский тон и делаю вальяжный жест ладонью. – Спасибо, конечно, за разрешение, но так я не работаю. Если хотите заключить со мной сделку, не делайте вид, что вы в ней главный. Я согласна написать хорошую рецензию на ваш отель…
– Правдивую, – поправляет Рубежанский.
