Я насторожилась. Стало слишком тихо. Муж выключил воду в душе, а значит сейчас войдет в комнату. Я неудовлетворенно охнула и вытащила пальцы из трусиков. Спрятала презервативы поглубже в сумку. Рядом с мужем они выглядели циничной насмешкой.
Игорь вышел голый. Абсолютно.
Я отвернулась. И муж мой выглядел, как использованный гандон!
Рыхлый и раздутый в животе, и жалко сдувшийся и скромный в паху.
— О, Машка! Ты где была, я тебя потерял, — он подошел ко мне и уперся вялым хреном в плечо. Меня аж передернуло.
— Заметил? Ты целыми днями только лакаешь пиво! Неужели ты вспомнил обо мне? Или тебе больше не наливают, — я встала и отошла к панорамному окну. Через тонкую штору смотрела на огни ресторана вдалеке. А там сейчас весело…
Но и здесь в комнате не скучно. Муж, который резко начал вызывать отвращение. Эмоции огонь, не закиснешь…
— Маш, ну ты че? Ты просто такая злая, потому что не удовлетворенная. Вы бабы, как собаки кусаетесь, если вас хорошенько не отжарить. Сучки, что с вас взять, — Игорь довольно развалился на кровати и похлопал по бедру. Его член, как сдувшийся воздушный шарик, поподпрыгивал, — Ладно, детка, прыгай ко мне в постельку. Я сегодня в настроении… Давай покрути попкой и полижи его, помоги воину подняться…
Я выскочила из комнаты, как пробка из теплого шампанского. Бежала в неизвестном направлении. Слезы хлестали из глаз дождем. Какой же мой муж мерзкий мудак!
Кажется, эта совместная поездка была ошибкой. Потому что вместо того, чтоб помириться и наладить отношения, я уже уверенно раздумывала над разводом!
Когда я опомнилась, то оказалось, что я очутилась на улице. За домом. Обогнула лабиринт до смотровой стенки. Заходить в зеленые кусты в таком состоянии было б верхом безумия. Хоть мне и хотелось погулять и остыть, я понимала, что заблудиться в лабиринте хреновая идея.
Поэтому я прошла вдоль смотровой стены, на которую взбирались охранники, когда кто то долго блукал. Тогда этих несчастных направляли. Ведь с высоты стенки было видно, кто в каких закоулках застрял.
Я поднялась по ступеням на лестницу. Прошла по набитым доскам. Лабиринт с высоты был, как на ладони. Многие парочки затесались в кусты и развратничали в темноте.
Я прошлась дальше, отходя от него.
— Тихо, не бойся, — приглушенный итальянский шопот заставил меня повернуться на звук.
Арманд Брунетти шел рядом со мной, только по земле. Он смотрел снизу вверх на меня.
— Я не хотел тебя напугать, чтоб ты не свалилась, — пояснил он.
Я молча шла. Поджилки задрожали, и я ступала очень осторожно по дощатому настилу, чтоб не оступиться в темноте.
— Хорошо выглядишь, Мария…Особенно снизу! — его взгляд замер под моей развевающейся юбкой и вспыхнул не хуже уличного факела.
Я сразу собрала и зажала легкий подол между ног.
— Иди ко мне на руки, малышка, — Брунетти потянулся к верху и достал рукой до моей лодыжки. Нежно огладил пальцами выпирающую косточку.
Я дернула ногой и пошла дальше.
- Зачем я тебе, сицилиец? У тебя много красивых женщин. Поставил себе цель поиметь всех остальных? — мой голос дребезжит, а я не могу даже посмотреть в черные глаза у ног, боюсь закружиться в тщетной надежде и упасть в пропасть.
— Нет. Не всех, — голос Арманда вкрадчивый, ласкал слух.
— Только меня? — спрашиваю, а сама удивляюсь, откуда во мне это ребячество и смелость. В двадцать восемь лет-то…
— Только тебя, — спокойно ответил Брунетти. Снова дотянулся до щиколотки и сжал сильнее.
В животе совсем стало жарко. А места прикосновений грубых сильных пальцев отдают покалыванием под кожу.
Мне совсем жарко. Везде. И источник невообразимого тепла рядом.
Так и тянуло стечь в уверенные опытные объятия. Отпустить себя и наплевать на аморальность такого поступка.
— Мария…
Гад! Искуситель! Брутальный итальянец! Мачо!
Как ни называла мысленно Арманда, а оскорбления к нему не липли.
Слишком хорош. Такой…что ухх!
Я неожиданно поняла, что не вытяну эту игру в недотрогу. Еще раз хищник поманет добычу, как добыча сама сиганет в капкан.
Как я проведу завтра целый день на яхте с этим горячим бруталом, я пока не представляла. Но одно понимала — бежать от него надо срочно, пока мы не наломали дров. Ну, или, не накидали палок!
— Ты что задумала, малышка? — недовольно рыкнул мужчина, когда я отошла от него на противоположный край помоста, на сторону ближе к лабиринту.
— Убегу от тебя, сицилиец, — я напоследок истерично хохотнула.
Ибо, дура я дурная! Кто ж от такого мужика сбегает? Обычно все только за ним гоняются.
— Постой! Мария…от сучка вредная!
Я довольная собой, что сдержалась и не пала жертвой чар соблазнителя, соскочила на холмик за стеной. Пошла вдоль зеленого коридора лабиринта.
Услышала шорох, подозрительно обернулась назад.
Внезапно, в ночном сумраке, я выцепила взглядом силуэт на фоне ночного неба.
Крупный такой, очень знакомый. Очень сицилийский.
