Родные покои встретили девушек теплом и уютом. В камине весело потрескивали дрова, в напольные канделябры слуги заправили высокие белые свечи. Большая круглая луна робко заглядывала в комнаты сквозь тонкий тюль, подсматривая за принцессой и ее служанкой. Тара переодевалась к торжественному ужину с Повелителем, на который были приглашены все участники делегации.
— Очень красиво, — Ливия расправила последнюю складочку на юбке и отошла от госпожи, чтобы та посмотрела на себя в зеркало. — Этот оттенок зеленого вам очень идет, а жилет с оторочкой из лисьего меха подчеркивает яркость глаз и волос.
Целительница покружилась перед зеркалом и улыбнулась: — Ты права.
— Тара, ты готова? Жду тебя в коридоре. Пора выходить, — Райан, как всегда, был пунктуален.
— Иду.
Она едва успела выйти в коридор, в котором столкнулась не с одним, а с двумя Драконами, как служанка выскочила следом.
— Госпожа, по подоконнику Чуа бегает, вас ищет.
— Точно! Совсем забыла, сегодня же полнолуние! Вот я глупая… — бормотала девушка, подбегая к окну и приветливо кивая старой знакомой. Поняв, что ее увидели, рыжий зверек исчез, словно его и не было, лишь следы на снегу подтверждали, что все это девушкам не приснилось.
— Чуа? — пронизывающий взгляд Каана остановился на Таре. — Зачем она здесь? Что случилось?
— Не твое дело, — едва не сорвалось с ее губ, но брат тоже с нетерпением ждал ответа. — Сегодня ночью надо прийти к Ледяному Озеру. Там будет информация об одном из тех, кто преследовал нашу маму.
— Ночью. К Озеру. Понятно. Не вздумай идти туда одна. Ты меня слышишь? — заявил Эмер.
— Ты пойдешь со мной? — Тара демонстративно повернулась к брату, словно не замечая прозвучавший вопрос.
— Да, конечно. Выезжаем сразу после ужина, — кивнул Райан и предложил сестре руку. — Одной там делать нечего, в этом Эмер безусловно прав.
Рыжая понимала, что своим поведением причиняет боль Дракону, но она уже устала быть внимательной, ласковой и заботливой. Хотелось дать почувствовать то, чем он так щедро делился: молчание, игнорирование и холод. Три Дракона направились на встречу с Повелителем.
— Не замечает, не отвечает на вопросы. Обиделась, — спокойно констатировал Лорд Эмер по дороге к Повелителю. — Все понятно, логично. В то время, когда она была нежна и приветлива, я с трудом себя контролировал: так хотелось все рассказать, объяснить, и будь что будет.
Память моментально отозвалась и предложила хозяину несколько ценных кратких воспоминаний. Вот тонкие горячие пальцы касаются его лица, а эта ночь на крепостной стене в Карфаксе, когда он крепко держал на руках спящую целительницу, завернутую в одеяло. Эмер помнил ее образ до мелочей: темные ресницы, выгоревшие на солнце рыжие пряди, смешные веснушки, которые стали практически незаметными с наступлением холодов. А эта привычка прикусывать нижнюю губу в момент принятия решения или наматывать на палец прядь волос… Сердце мужчины словно взорвалось, ударив в грудь, а затем замерло. Картинка перед глазами расплылась, потеряла четкость. Пришлось тряхнуть головой и до боли сжать руки, чтобы прийти в себя.
— Потерпи, пожалуйста, — твердил мужчина, словно читал слова заклинания. — Мы непременно будем вместе.
В большой гостиной было шумно, но на ужине Тара заскучала: мужчины обменивались мнениями, отчитывались о результатах переговоров и об открывающихся перспективах сотрудничества с Сэндаринией. На маленьком круглом столе у окна на серебряном подносе слуги разложили привезенные пистолет, порох и пули, чтобы Повелитель оценил техническое новшество, которое сделает его армию непобедимой. Временами прислушиваясь к теме обсуждений, целительница думала о своем. По возвращении отец спросил на ушко, сложились ли ее отношения с Акмалем, и получил отрицательный ответ. Просто и без комментариев. Вернон Бэйл планировал обсудить это с дочерью с глаза на глаз, когда делегация завершит ужин. Чуткий отец заметил перемены, произошедшие с каждым из детей: сын светился от радости и фонтанировал энергией, а всегда смешливая и непоседливая девчонка внезапно стала задумчивой и спокойной, словно суровый мороз сковал быструю горную реку.
— Повелитель, с вашего позволения, я пойду к себе, — Тара воспользовалась моментом, когда в обсуждениях наступил миг тишины. Дождавшись легкого кивка и внимательного взгляда отца, она встала и вышла из гостиной.
— Не вздумай уезжать одна, — мгновенно отреагировал наследник на маневр сестры. — Мы с Эмером скоро освободимся.
— Можете не спешить. Я возьму с собой Этьена. Буду ждать вас дома.
— Вот ведь упрямая… — вздохнул Райан. — Все делает по — своему.
— Прямо как ты, — тихим эхом отозвалась рыжеволосая, быстрым шагом возвращаясь в покои. Она спешила, ведь кроме визита к Ледяному Озеру надо было успеть перекинуться парой слов с подругой, по которой сильно соскучилась.
