— Теперь вам надо немного поработать, — пробормотала целительница, поднося с носу женщины флакон с ужасно вонючим лекарством. Вдохнув его, Аурика открыла глаза, пытаясь понять, что делает возле нее не кто-нибудь, а сама принцесса. Несколько капель из другого флакона придали женщине сил и вновь запустили схватки. Бледный от волнения Маркус стоял на крыльце рядом с Этьеном, болезненно морщась при криках жены. Солнце начинало клониться к закату, когда крик младенца огласил этот мир. Счастливый муж и папа ворвался в дом, но был изгнан старухой: ребенка и маму еще нужно было привести в порядок. Пожилая женщина оказалась весьма проворной и помогла Таре в работе, после чего впустила Маркуса.
— Сын, у меня сын родился!!! — разнесся по округе счастливый голос мужчины, распугивая задремавших петухов и заставляя собак выбираться из будок, чтобы вяло облаять нарушителя спокойствия.
— Божечки, ваше прекрасное платье, принцесса, — всплеснула руками старушка, глядя на яркие красные пятна, расползшиеся по рукавам и юбке Тары. — Оно погибло!
— У нас тут богатырь родился, а вы по платью страдаете, — тихо засмеялась целительница, вытирая мокрый от напряжения лоб чистым полотенцем. — Смотрите, какой замечательный парень! У вас есть перо и бумага? Аурика слаба, ей нужны лекарства, чтобы восстановить здоровье, и хорошая еда.
— Нет у нас ничего, — растерялся Маркус, который уже стоял в комнате. — Мы неграмотные, к чтению и письму непривычные. С едой проблем нет, бабуля поможет, а вот с лекарствами…
Тара на мгновение задумалась и приняла решение: — Аурика сейчас отдыхает, а вы поедете со мной. Ваши жена и ребенок в порядке, бабушка за ними присмотрит. Доедем до больницы, возьмете все, что нужно и вернетесь. Этьен, дайте мне, пожалуйста, свой плащ!
Страж тихо охнул, когда увидел, на что стал похож наряд принцессы. По дороге девушка держала плащ плотно запахнутым, управляя спокойной Рут корпусом и шенкелями. В больнице ее радостно встретили целители, снабдили новоиспеченного отца нужными лекарствами, несколько раз повторили назначение и велели обязательно обращаться, если у жены, тьфу — тьфу, возникнут проблемы со здоровьем. По дороге во дворец клюющая носом Тара, перегруженная волнением и эмоциями, вспомнила, что с самого утра ничего не ела.
— Ох, ваше высочество, — всплеснула руками Ливия, когда Этьен открыл двери покоев, пропуская девушку. — Почему на вас чужая одежда! Мамочки родные!!! Кровь!!!
— Какая ты громкая. Не кричи, со мной все в порядке, — устало пробормотала Тара, снимая плащ и передавая служанке. — Верни его Этьену. Это не моя кровь, успокойся. Роды пришлось принимать, сама знаешь, вот и перемазалась вся. Сейчас я переоденусь, а ты отнеси платье, пусть его сожгут в печи, все равно отстирать невозможно.
— Я вам ужин принесла. Голодная ведь целый день …
— Это хорошо, что принесла. Я и правда есть хочу. Пока в коридорах никого нет, отнеси одежду на кухню, пусть Жан ее в большой печи спалит.
Принцесса вышла из-за ширмы, поправляя длинный парчовый халат и села к столу. Ливия аккуратно сложила испачканную одежду целительницы и вышла в коридор, по пути передав плащ Этьену, и быстро вернулась.
Тара доедала салат и курицу, когда вернулась смущенная служанка доложила, что задание выполнено.
— Что произошло? Рассказывай.
— Я это… простите, госпожа…
— А конкретнее?
— В коридоре я столкнулась с Лордом Эмером. Пока кланялась, крючок с вашего платья зацепился за мою юбку и узел развязался…
Тихий смех целительницы, перерастающий в хохот, разнесся по комнате, заставляя перепуганную служанку вжать голову в плечи.
— Нарочно не придумаешь, — подумала девушка, вытирая выступившие слезы. — Я заявляю, что все в порядке, при этом отменяю встречу, а потом он видит платье, в котором красного больше, чем другого цвета. Представляю, что Лорд подумал… Все нормально, Ливия. Ничего страшного не случилось. Бывает всякое…
Эмер не думал, он уже знал, где и зачем носило его любимую ведьму. Как только они вернулись во дворец, Лорд отпустил оруженосца, полагая, что тот побежит на свидание с Ливией, а после возвращения Сархана незаметно вытряхнул из честного парня всю нужную информацию.
— А что делать, если она сама молчит? — оправдывал мужчина свой сомнительный поступок. — Я поседею раньше времени из — за этой рыжей… Если бы не знал, что она принимала роды, а просто увидел то жуткое платье… Даже думать об этом не хочу.
Дворец кипел и бурлил. Подготовка к свадьбе шла своим чередом, Лорд Эмер тем временем разрывался между Карфаксом и Парстеном: приближалось время посевной, которое требовало от хозяина и управляющего поместья массы сил и внимания.
— Милорд, вы совсем не отдыхаете, — бубнил Сархан, накрывая к обеду прямо на рабочем столе в кабинете, раздвигая бумаги. — Почему бы не доверить часть работы Брану? Нельзя так. В гостиную вас никакими хитростями не заманишь, про еду и сон совсем забыли. Ни о чем больше не думаете… Работаете, да в седле время проводите. Вы железный, что ли?
— Что ты сказал? — от интонации Лорда в кабинете стало холодно.
