Оказалось, что это вовсе не костер полыхал на его голове, а в медно-рыжих волосах запутались солнечные зайчики и никак не могли выбраться наружу. Поэты бы сказали, что в глазах кормильца голубей плещется лазурное море. Моя более прозаическая натура выдала аллегорию, что в радужной оболочке отражаются волосы Мальвины из сказки о «Золотом ключике».
Вот рыжеволосый парень ещё раз взмахнул рукой. Очередная горсть семечек осыпала сизое месиво, состоящее из крыльев, хвостов, клювов и блестящих бусинок глаз. Увы, подкармливая братьев наших меньших, молодой человек не заметил прохожего, и его рука случайно коснулась груди крупного мужчины.
Прохожий дернулся в сторону.
Голуби в этот момент испуганно взлетели вверх, подняв тучу пыли.
— Пардоньте, уважаемый, не заметил, — улыбнулся молодой человек так, как будто хмурый незнакомец только что подарил ему чек на сто миллионов рублей.
— Внимательнее нужно быть, не один на улице, — буркнул мужчина и пошел дальше.
Я оказалась свидетельницей этой сцены. Вроде бы ничего необычного, вот только парень посмотрел на меня с хитрым прищуром, как дедушка Ленин с картинки старого школьного учебника. А после ещё и подмигнул. Но не только он один — ко мне повернулись все голуби и тоже подмигнули.
Правыми глазками.
Вздрогнув, я поспешила прочь. Не хватало ещё галлюцинаций словить от переутомления. Хотя парень мне понравился и даже сердечко чуть-чуть застучало сильнее…
Вот и розово-красное четырехэтажное здание колледжа показалось из-за поворота. Оно больше похоже на солдатскую казарму, но я уже привыкла к его суровому виду, сумрачным коридорам и вечным окуркам у входа. Осталось пройти мимо спортивной школы, где на поле слышны мальчишеские голоса и раздавались удары по футбольному мячу.
Навстречу шла бабушка — божий одуванчик. Судя по внешнему виду и полным ситцевым сумкам, она из тех заботливых женщин, к кому на лето приезжаешь худым, а укатываешься раздутым Колобком.
У меня не было бабушек, а мама Ларисы Михайловны мало чем отличалась от своей дочери, поэтому «нахлебница» подобных закармливаний не получала. Морщинистое лицо женщины озабоченно хмурилось, будто она вспоминала — не забыла ли купить гречку?
Тени от липовых ветвей качались на сером асфальте, легкий ветерок доносил ароматы цветущей сирени, и ничто не предвещало беды. Хотя, даже если бы передо мной возник рекламный щит с надписью: «Внимание, сейчас случится беда!» я бы не поверила — слишком хорошо было на улице и слишком приятные мысли об Анатолии Костюмове гуляли в голове. Но беде плевать на веру людей, у неё другие планы и она не спрашивает разрешения ни на что, она просто случается.
— Спасите! Насилуют! — раздался сзади истошный крик, а потом послышался торопливый топот по асфальту.
Конечно же, как и любая другая девушка, я тут же повернулась посмотреть — кого же это там насилуют?
Да ещё и при свете дня?
Может, тоже пора покричать?
Оказалось, что дикие крики издавал рыжий парень, который несся на меня страусиными прыжками. Кормилец голубей. Преследователем почему-то оказался крупный мужчина.
Это из-за того, что молодой человек задел его рукой?
«Ну, ничего себе!» — подумала я в тот миг.
Это слишком малая причина для изнасилования.
— Помогите, маньяки в городе! — вопил парень.
— Я те щас покажу маньяка! Держите его! — пытался перекричать его мужчина, тяжело топая следом.
Рыжеволосый подбежал ко мне и схватил за плечи:
— Милая, если надо мной сейчас надругаются, помни — я всегда любил борщ!
Он на миг впился в мои губы, а потом толкнул в сторону преследователя. Вот так и началась моя вторая половинка беды…
Я настолько растерялась, что не смогла отвесить пощечину хаму. А когда поняла, что лечу в воздухе, то успела только растопырить руки, чтобы схватиться хотя бы за что-нибудь.
Увы, хвататься было не за что, кроме асфальта, а в следующую секунду об меня запнулся крупный мужчина.
Ладно я, а вот как оказалась под преследователем ни в чем неповинная бабушка?
На это я не смогла бы ответить даже перед Страшным судом. Старушка в этот момент напоминала морскую звезду под бульдозером. Судя по сморщенному личику, ей явно было не до смеха.
А вот так началась моя первая половинка беды…
Я поднялась, скривилась от боли в поцарапанной коленке и увидела костерок уже на повороте улицы. Рыжеволосый послал нам всем воздушный поцелуй и скрылся за бетонным забором. Я всё ещё чувствовала на губах привкус семечек, которые жевал молодой человек, но коленка болела сильнее этого приятного ощущения.
— Вот же ко-о-озел! — оценила я порванные колготки. — Я за них половину стипендии отдала!
Грузный мужчина поднялся с распластанной бабульки, зло зыркнул на меня и помчался за легконогим парнем. Мне же представилась возможность привести престарелую женщину в порядок.
Нет, конечно же, я могла спокойно уйти и оставить старушку в таком положении, но врожденная доброта помешала это сделать. Эх, если бы я только знала, чем обернется мой самаритянское сочувствие…
Без сомнения, я подхватила ноги в руки, и помчалась бы прочь. Возможно, даже обогнала рыжеволосого. Увы, я не была прорицательницей.
