Неожиданный приезд кареты с кучером и настоятельной просьбой прибыть в поместье Нойфель удивил и встревожил меня. К тому же только открылся перевал, и второй день начали тянуться обозы в обе стороны. Наша мини- харчевня возобновила работу. Я ещё и за это беспокоилась. Но фру Клара успокоила меня, что она за всем приглядит и все будет в порядке. Продукты я только что вчера дополнительно закупила, девчонки вернулись из деревни, Аништа все рецепты теперь знает. Охрану и прочие мужские работы будет обеспечивать Рихард. Так что я могу ехать спокойно, прихватив с собой в качестве горничной Ульрику.
Поскольку посланец приехал поздно вечером, почти ночью, его также накормили и уложили отдыхать. Мы с Улей посоветовались и тоже решили лечь спать, оставив сборы в дорогу на утро. Сборы были не особо долгими, в основном сопровождались мучительными размышлениями на тему - зачем меня так срочно захотел видеть дорогой "племянник"? И извечный женский вопрос - что надеть?
Понятно, что теплое дорожное платье обязательно по сезону, а ещё? Скромное платьице вдовицы, пожалуй, надо. И одно домашнее, лёгкое. Я его сшила перед Рождеством, простое платье из бирюзового шелка. К моей внешности этот цвет подходил больше, чем общепринятые пастельные тона утренних туалетов. Эх, не успела я дошить до конца то нарядное платье из бронзовой тафты! Хотя чье я там воображение потрясать собиралась? Но самолюбию льстило бы. Выберу подходящие украшения из шкатулки Ленни, и я готова. Главное, пижаму не забыть! И тапки теплые. Я ещё помню ту "теплую" ночёвку в поместье барона.
Загрузившись по максимуму провиантом в дорогу, с расчетом кормить и кучера, и высчитав, что приедем мы поздно вечером и нас могут просто не покормить, с их- то гостеприимством!, мы наконец отбыли. Описывать дорогу особо нечего, останавливались мы только один раз, кучер кормил лошадок, да перекусили сами. Благо, небольшая печурка в дормезе позволила согреть маленький чайник.
И, пардон за интимные подробности, сбегали по очереди за карету. Поелику до кустиков пресловутых по сугробам было весьма проблематично добраться. Кучер сидел в этот момент, как вкопанный, боясь не то что голову повернуть, но и вздохнуть не к месту. Но дорога была совершенно пуста. Если летом, весной и осенью здесь сновали крестьянские подводы из поместья, то зимой жизнь замирала. Изредка только проезжал кто- то из деревеньки в другую, или, по крайней важности дела, в большое поместье. Поэтому ничто не мешало мне дремать, либо наслаждаться видом заснеженных полей, залитых голубоватым, призрачным светом появившейся луны.
Как я и предполагала, приехали мы поздно. Но нас ждали, подхватили наши вещи и пригласили на второй этаж, в хозяйское крыло. Но покои мне отвели, слава Богу, не предыдущей хозяйки, а через пару комнат. Хотя свет из- под двери тех покоев пробивался, то есть там кто- то жил. Провожавший меня управляющий Франц пояснил, что там расположился старший брат хозяина с женой, приехавший погостить. Да и пусть их, меня это мало касается. Франц пообещал, что сейчас мне все предоставят - и ужин, и ванну и удалился.
Экономку Анну в этот раз я не видела, сновали только местные слуги, да Ульрика раскладывала наши вещи по местам - мои платья убирала в шкаф, свои вещи - а тумбочку в небольшой комнатке, где полагалось спать горничной. Приняв горячую ванну, что было совсем не лишним после длительной зимней поездки, и поужинав тем, что нам принесли из местной кухни, я переоделась в любимую пижамку, краем глаза отметив, что и Уля щеголяет в такой же, я устроилась в большой кровати, укрывшись теплым одеялом. В камине ещё потрескивали дрова, распространяя тепло по всей комнате. В общем, никакого сравнения с первым визитом сюда.
Под эти умиротворяющие мысли я и уплыла в царство Морфея. Пока мой безмятежный сон не был прерван истошным женским криком, к которому примешивалось какое- то, похожее на звериное, рычание. Кричала женщина, причем было понятно, что её прямо сейчас будут убивать.
НЕСКОЛЬКИМИ ЧАСАМИ РАНЕЕ, В ПОМЕСТЬЕ
Франц озабоченно метался по этажам, вот- вот должен приехать хозяин с гостями, да и вдовствующая баронесса тоже приедет, но она, вероятно, только поздно вечером, а проклятая экономка как сквозь землю провалилась. Поймав на одном из этажей старшую горничную Тильду, срочно повысил ее в должности, поручив обеспечить достойный прием гостей. Тильда чваниться не стала и умчалась выполнять порученное.
Анну он обнаружил часа через два, она сидела в одной из служебных каморок, уставившись в одну точку, покачиваясь и что- то беззвучно шепча. Окликнув ее несколько раз с раздражением, он велел ей приступить к своим обязанностям. Ещё мельком подумал, что надо бы сказать лекарю поместья, чтобы дал каких- либо отваров Анне, что ли… последнее время она частенько становилась вот такой странной. А пока ему некогда обращать внимание на такие вот мерехлюндии.
***
