Глазам архимагистра предстало квадратное помещение с очагом, которому могла бы позавидовать и замковая кухня. Рядом с ним полукругом стояли несколько столов с лежащими на них инструментами для пыток (Ники отвела взгляд). А с другой стороны, подвешенный за вздернутые руки, полустоял-полувисел пожилой мужчина, более всего походивший на монаха серым рубищем, аккуратной бородкой и глазами, в глубине которых притаился фанатичный огонек. Едва Никорин вошла в комнату, мужчина впился в нее взглядом и более его не отводил.
Троян коротко глянул на стоящего рядом с пленником палача – здорового, обнаженного по пояс, в красном, островерхом колпаке. Тот молча покачал головой.
- Что ж, друг мой Селестий, вижу, беседа с моим специалистом более никаких плодов не дала! – обращаясь к пленнику, преувеличенно тяжело вздохнул герцог. – Впрочем, я привел ту, о которой ты спрашивал! Возможно, с ней ты будешь разговорчивее!
Ники разглядывала арестанта, не приближаясь к нему. Невысокий, сухопарый, явно привычный как к долгим переходам, так и к суровой жизни, борода аккуратно подстрижена, рубище изношено в пути, а не от нищеты. Добирался в Вишенрог пешком? На перекладных? Зачем?
- О чем ты хотел говорить со мной? – спросила Ники.
В темных глазах мелькнула насмешка. Хриплый голос ответил:
- Неужели не подойдешь ближе, госпожа волшебница? Неужели… боишься?
Никорин с негодованием качнулась вперед, однако Троян крепко перехватил ее запястье и предупреждающе качнул головой.
Старый морской волк и в подземелье был начеку! Архимагистр благодарно похлопала его по руке и приказала себе успокоиться. Еще раз вгляделась в пленника. Тот не выглядел одержимым, не тянул к ней скрюченных, как птичьи лапы, пальцев, не разевал рот в крике, от которого рвались голосовые связки, не стремился убивать все живое не своем пути. Да и сохранилась ли в них, тех, кто и до сих пор поклонялся древнему богу огня, способность мгновенно разрушать грань между сознательным существованием и кровавым безумием? Или осталась лишь в воспоминаниях?
- Мне жаль, что тогда погибли не все… - делая шаг вперед, произнесла Ники, - жаль, что некоторые выжили и даже вновь обретя разум, не осознали произошедшего и не отреклись от того, что привело их к умопомешательству!
Пленник качнул головой.
- Ты не понимаешь, богоубийца, о чем говоришь, поскольку никогда не растворялась в божественной воле!
Повинуясь знаку начальника Тайной канцелярии, палач коротко ударил старика под дых.
- Выбирай выражения, когда разговариваешь с Ее Могуществом! – пояснил рю Вилль.
Ники думала о том, что отступник ошибается. Она не просто растворялась, сначала она, думала, что постигает мудрость, затем, что – любовь, а на самом деле по крупицам теряла себя долгие-долгие годы, до тех пор, пока однажды осознание потери не стало слишком явным.
- А это неважно, - спокойно ответила она, - говори, что хотел, или отправляйся в преисподнюю!
В глазах пленника мелькнуло сожаление, и архимагистр порадовалась. Не поддалась, не пошла на поводу у воспоминаний, которые для нее реальны, а для него, с его обычным для человека возрастом, – миф. Великолепный, ужасный, пугающий, но миф!
- Скажу наедине, - старик выжидающе смотрел на нее.
- Нет! – воспротивился Троян.
- Оставьте нас! - не поворачивая головы, приказала Никорин.
- Ты забыла, что в прошлый раз тебя пытались отравить именно огнепоклонники? – склонившись к ней, горячо зашептал герцог. – И даже если забыла ты – Его Величество помнит!
- Побойся богини, Твоя Светлость! - прищурилась Ники. - Покушение было от и до спланировано тобой и мной, чтобы дать мне возможность разыскать и уничтожить могильник на Версейском плато! И потом, взгляни на него, - он простой человек, который боится смерти, как и другие, хотя и неплохо скрывает это! Мне ничего не угрожает!
- Ники-Ники, откуда ты знаешь?
- Гарпун тебе в глотку, Трой, я – архимагистр, а не деревенская ведьма!
Рю Вилль смотрел на нее исподлобья, явно колеблясь.
- Оставьте нас, - снова повторила Ники, добавив в голос холода, и пошла к арестанту. Дождалась, когда лязгнет дверь и ключ повернется в замке, запирая ее один на один с ним, после чего развеяла удерживающую его веревку.
Мужчина со стоном облегчения упал на пол и принялся растирать опухшие запястья.
Ожидая, пока он придет в себя, волшебница подошла к столу с палаческими инструментами. Чего здесь только не было! И пилы, и клещи, и загубники, разнообразные ремни и веревки, воронки, о предназначении которых и думать не хотелось, иглы, странные механизмы, пугающие одним своим видом…
По затылку Ники потянуло холодком угрозы. Она обернулась. Отступник стоял у нее за спиной и конечно не видел щита, который она сотворила сразу же, как вышел рю Вилль с подручными. Впрочем, нападать он не планировал, скорее, колебался: сказать ли то, что хотел?
Архимагистр молча ждала, уже понимая, что итог разговора ей не понравится.
