Утро оказалось на удивление тихим и спокойным. После того, как принц привёл нас обратно, я не стала подниматься в свою комнату. И даже не пошла в таверну, чтобы выпить там кофе, как намеревалась это сделать, пока принц за руку вёл меня обратно. Всё, что я сделала — села на диванчик, который стоял в холле, и стала ждать.
Я хотела дождаться историка, выяснить у него, что же ему удалось узнать и стребовать книги по заклинаниям, какие только у него имеются в наличии. Ну и конечно же спросить, есть ли такие заклинания, из-за которых купол может иметь какую-то подпитку и из-за этого восстанавливаться.
Только вот момент, когда мужчина вышел из своей комнаты я пропустила. И я даже знаю как так получилось! Дело в том, что все мои мысли были заняты принцем и его непонятным поведением. То он кричит на меня, и он больше напоминает мне в этот момент самого простого грубияна, а не особу королевских кровей. То он беспокоится, словно я стала ему настолько дорога, что он боится меня потерять. Ещё он недавно открылся мне, как весельчак. Он шутил, много смеялся, даже вредным был.
И самое интересное то, что члена королевской семьи в нём я видела только однажды: на балу. И из-за всех этих моментов, которые я ни как не могу понять, возникает вопрос: а со всеми ли принц такой… Ну вот такой. Или же только со мной?
Если со мной, то чем я заслужила такое особое расположение? Своей уникальностью? Принц захотел иметь в друзьях такую единственную и неповторимую зомби, да ещё и из другого мира? Или я просто себя накручиваю? Хотелось верить, что он такой не из какой-то выгоды для себя любимого, и уж тем более не из-за того, что так ему сказал себя вести отец.
Ещё один момент, который меня волнует: замок. Когда осталась наедине со своими мыслями, мне пришла в голову идея, почему этот купол вообще там стоит и как мог появиться. Эту мысль я тоже хотела озвучить на нашем маленьком собрании утром, и проверить, когда я снова окажусь около этого странного места.
А мысль моя заключалась вот в чём: если это обычное заклинание, которое создали когда-то, чтобы никто не мог туда войти, значит его можно разрушить. Только вот я отчетливо видела: трещина заросла. Значит ли это, что купол черпает откуда-то энергию, или же он сам по себе живой?
А если черпает энергию, то откуда? Может этот купол возвели не для того, что бы кто-то не попал в замок, а для того, что бы из замка кто-нибудь не ушёл? И может ли быть такое, что его возвели сами души? Ну, те самые, которые там летают и активно мешают мне, когда я подхожу к куполу. Если я права, то что же такое находится в этом замке? Это опасно для жизни, или же нет?
— Доброе утро, Алина. Сегодня вы не опоздали. — Услышала я веселый голос историка, и от неожиданности даже чуть подпрыгнула. А сам мужчина улыбнулся, увидев мою реакцию, но промолчал. Видимо он знал, что я не вижу его, и намеренно напугал меня.
Я так была погружена в свои мысли и переживания, что не заметила, как мужчина спустился по лестнице со второго этажа, подошёл ко мне и заговорил.
— Доброе. — Ответила я, взяв себя в руки. Посмотрела на часы и увидела там семь утра. Хм, и чего это Геральду не спится? Ладно я, я зомби, мне сон не нужен. Ну а Геральд — эльф, живой, и пожилой. Ему надо высыпаться! Для здоровья полезно. — А вы чего так рано? Я ожидала увидеть вас как минимум через часа два.
Это правда. Я знала, что мужчины решили собраться в девять утра, чтобы можно было выспаться и после этого уже отправить меня на приключения на проклятые земли. И увидев, что сейчас только семь утра, и по идее они все должны спать, удивилась.
— А я не спал. — Ответил мужчина, присаживаясь рядом со мной на диван, и показывая книгу, которую держал в руках.
"Древние руны разных народов", гласило название книги. Присмотревшись к мужчине я и сама увидела, что всю ночь он изучал книгу, которую держал в руках, а вовсе не спал. Под глазами виднелись мешки, глаза сонные, но при этом на губах у мужчины сияла улыбка.
— И как успехи? — Поинтересовалась я, хотя по улыбке историка можно было и так понять, он уже выяснил: что за руны на камне.
Вчера, после долгого рассказа о несправедливости и в виде очеловечения меня на тех землях, я сначала очень долго выслушивала, какая же я невнимательная особа, и что я должна была первым делом понять, угрожает мне там опасность или нет.
В это же время я передала свои рисунки историку, который вообще перестал активно вставлять свои едкие замечания, как только руны оказались у него в руках. Даже всю дорогу обратно до города он молчал, и несколько раз чуть не упал из седла, так как слишком увлёкся рунами.