– Куда-то туда, где есть принимающая камера портала, – счел за лучшее ответил Григорий. – Не могу ручаться, что сия замечательная пещера – именно то место, куда мы планировали попасть изначально, но что к созданию ее внутреннего убранства приложили руку инопланетяне, это, как говорится, и к гадалке не ходи.
Ребята спустились вниз, озираясь по сторонам, словно малые дети, впервые очутившиеся в музее мультипликации. Подземное убежище неведомых Поводырей поражало воображение и, волей-неволей, заставляло задуматься о силе и потенциале истинных Хозяев планеты Земля. Какими же технологиями они обладали, если смогли соорудить такое, если без труда ни единожды сводили человеческую популяцию до безопасного для себя минимума?
– Это все конечно здорово, – пробормотал Макс, – ходить тут можно часами, осматривать все эти достопримечательности и тому подобное, но нас вообще встречать-то собираются, или как?
– Мне это тоже не нравится, – пробурчал Кондратьев, напряженно вглядываясь в каждый темный уголок жилища здешнего обитателя.
Но ни суперсолдат, обладавший отменной реакцией и поистине феноменальным, фантастическим чутьем на опасность, ни Григорий Мезенцев, который не переставал сканировать окружающее вокруг себя пространство с того самого момента, как прошел кольцо портала, ни Макс, чуть ли не больше всех желавший расквитаться с проклятыми узурпаторами человечества, не смогли засечь ни единого представителя разумной жизни. А они, меж тем, внимательнейшим образом наблюдали за четверкой людей, дерзнувшей нарушить их покой и перевернуть привычный уклад жизни разумных паразитов.
– Добро пожаловать, – раздался под сводами пещеры приятный мужской голос, заставивший диверсантов замереть на месте. – Чем могу быть обязан?
Враг, чувствуя за собой силу, сделал ход первым.
Сложно вести бой, если не знаешь о возможностях противника ровным счетом ничего, когда находишься на его территории и понимаешь, что он, противник, как ты не старался, а все же сумел застать тебя врасплох. И хоть Кондратьев был единственным человеком из четверки отважных диверсантов, кто первым снял с себя оковы оцепенения и начал действовать согласно заложенным в него боевым инстинктам, его поведение ровным счетом ничего не изменило. Враг по-прежнему оставался недосягаем для атак людей и, похоже, знал о проникших в его убежище если и не все, то многое.
И, тем не менее, диверсанты не собирались сдаваться без боя и постарались обезопасить себя по максимуму. Кондратьев юркнул в одно их углублений, явно природного происхождения и постарался схорониться в тени. Хищный ствол автомата стал продолжением его чувств и рук. Суперсолдат готовился начать бой в любой момент времени и с любым противником – несмотря ни на что, Михаил продолжал считать, что враг, позволивший обнаружить свое присутствие, был уже наполовину мертв.
Макс поспешил спрятаться за колонну, хотя и считал, что она, начнись схватка, вряд ли послужит ему хорошим укрытием. Реутов и Мезенцев поступили проще и прильнули к стенам пещеры, словно стараясь слиться с ними в единое целое.
– А вы продолжаете выказывать мне свое неуважение, – тем временем, как ни в чем не бывало, сказал неизвестный. – Сначала вы заявились сюда без спроса, хотя, признаю, сделали это очень… красиво. Ваш потенциал многократно возрос, что настораживает. Дальше – больше. Вы не пожелали даже представиться и, как подобает гостям, поздороваться. В довершении ко всему, сейчас ваше поведение демонстрирует мне неприкрытые нотки враждебности, что неприемлемо. И как прикажете мне с вами поступить?
«Телепатия работает»? – мысленно спросил Кондратьев, надеясь, что Григорий не стал «выключать» свой пси-приемник.
«Вроде, – немедленно отозвался псионик. – Во всяком случае, я тебя слышу».
«А остальные»?
«Я в сети», – тут же произнес Макс.
«А Реутов»?
«Его я не подключал», – ответил Мезенцев.
«Не доверяешь»? – поинтересовался суперсолдат.
«Что-то в этом роде».
Этот обмен информацией длился всего секунду. Оставалось только надеяться, что мыслесвязь не могла перехватываться и дешифровываться хозяевами подземного убежища.
– Не хорошо быть таким невежливым хозяином, – прокричал Михаил. – Пугать гостей – это низко.
– А проникать в чужой дом без спроса – это подло, – моментально парировал незримый обладатель мужского голоса.
– Не надо передергивать, – вступился за друга Макс. – Мы тут не по своей воле. Ты знаешь, почему мы здесь. Вылезай из своей выгребной ямы и поговорим.
Мезенцев выругался себе под нос, проклиная несдержанность Удава. До сих пор Поводырь, или тот, кто играл его роль, демонстрировал стремление к переговорам, во всяком случае, Григорию так показалось, но теперь, после столь нелицеприятных слов, хозяин пещеры мог передумать и основательно осерчать.
– Значит, хочешь побеседовать? – спросил невидимка.
– Хочу, – кивнул Макс. – Давно хочу. Прямо-таки кулаки чешутся.
Раздался не то приглушенный смех, не то чих.
– Хорошо, я удовлетворю твою потребность, – отозвалось сразу отовсюду. – Правда, разговор мы станем вести на моих условиях.
