– Можем подойти, спросить, – сказал Меткач. – А можем прикинуть – кто от стены вглубь города отступает, а кто наоборот, на них прет. Я бы сказал, что вот этих ребят, которые нам в переулке спины показывают, мы и должны прямо сейчас порешить.
– Отсюда нельзя, – возразил Кирюха. – Видел, как сыскари в нас чуть не попали? Мы в них из огнестрелов точно попадем. Сбоку надо зайти.
Почти не скрываясь двинулись по краю улицы – наступающие не ждали удара сзади, оглядываться им было не интересно, да в запале боя и не заметили бы они четыре фигуры, крадущиеся вдоль обочины.
Все, дальше идти нет смысла. Надо стрелять! Крил вдруг подумал, что эти люди могут быть из гнезда Говорящего и… что, если с ними он ходил на охоту, а кто-то, возможно, прикрывал ему спину от нелюдей? Теперь каждый на своей стороне, выбор сделан.
Он надавил на спусковой крючок. Тихий переулок, смерть в котором гуляла со свистом летящих стрел, наполнился грохотом автоматных очередей. Вспышки, крики… Вот уже магазин полетел на мостовую, пришлось заряжать второй. Этот он опустошить не успел – все стихло в момент и перед ними остались лежать лишь неподвижные тела.
– Свои! – крикнул Кирюха тем, кто минуту назад отступал под натиском врага.
Навстречу им вышли несколько арбалетчиков. Один направился к Крилу, остальные бросились собирать испачканные стрелы.
– Вовремя вы! – сказал подошедший. – Еще бы чуть-чуть и… О, а я знаю тебя! Ты ж Аркадию Федорычу родственник. Или не родственник? С девчонкой его был. А, вот же и она. Свои люди, одним словом!
Парень сел на мостовую, утер на щеке кровоточащую ссадину, стал заряжать арбалет.
– Сам-то он как? – спросил Кирюха. – Ратник?
– Ничего, жив был, когда я его последний раз видел. Пробрался, правда, один сволочуга, чуть было весь дом ратниковский не взорвал. В последний момент обезвредили.
– А в вашей группе кто главный? Ты?
– Убило командира. Три десятка нас здесь стояло, прорыв со стороны реки сдерживали. А сейчас сам видишь – семеро осталось.
Парень встал, протянул руку.
– Костя.
Он оглянулся, посмотрел на зарево пожарищ. Криво ухмыльнулся.
– Страшно выглядит? Ничего, нас наскоком не возьмешь! Сейчас я тебе обрисую ситуацию, расскажу – кто, где и что делать должен. Раз ты с огнестрелами пришел, тебе и флаг в руки, будешь командиром нашим.
Костя явно был в ударе и даже смерть товарищей не смогла его остудить, сбить с толку.
– Они-то думали неожиданно… Думали числом… Хрена вам! – выкрикнул он и показал фигу куда-то в сторону, откуда доносились звуки выстрелов.
Но Крил понимал, что судьба города висит на волоске. И у него не было такой уверенности в счастливом исходе, как у этого парня.
Дошли уже до самого центра, до больших домов, где, по всему видать, жили состоятельные горожане. Казалось, что Южный базар захвачен, а если еще и нет, то это скоро случится. Многие постройки горели, освещая неверным, пляшущим светом ночной город. “Какого черта они еще сопротивляются?” – недоумевала Маша. – “Все же ясно!” Но с разных сторон продолжали раздаваться выстрелы, редкие лишь потому, что выпущенная стрела не издает звука, а огнестрелов с той и другой стороны было не так много.
Она пинком распахнула дверь в дом, над входом в который было написано “Библиотека”. Поднялась по лестнице на второй этаж, увлекая за собой целую толпу личной охраны. В большой комнате, заставленной книжными шкафами, Властительница увидела мужчину, склонившегося над старым деревянным столом. Штаны его были спущены, оголяя белый зад, за которым невозможно было разглядеть – на кого мужик навалился, над кем пыхтит.
– Пошел вон.
Охотник оглянулся, поспешно натянул портки. C ехидной ухмылкой отвесил Маше поклон. “Не из наших”, – подумала она, – “из чужого гнезда. Свои-то рожи примелькались, узнала бы”.
– Может, приструнить? – заметил Прыткий, глядя на то, как неизвестный тащит за волосы женщину в разорванном платье. – Совсем про дело не думают.
– Плевать. Будешь препятствовать – сам для них врагом станешь.
Она смотрела на книги, некоторые брала в руки, но почти сразу бросала на пол.
– Властительница! Вот – в другой комнате нашли.
Кто-то из охраны подтолкнул к ней старичка, от страха не знающего на что смотреть и потому прячущего взгляд, низко опустив голову.
– Кто такой?
– Билб… Библиотекарь, – несвязно пробормотал старик.
– Карта есть? – спросила она.
– Ч-что? – он все-таки поднял голову, но тут же пожалел об этом, наткнувшись на ее холодный, пронзительный взгляд, обещающий только смерть.
– Карта города в твоей библиотеке есть? – нетерпеливо пояснила она. – Соображай быстрее!
Книгохранитель шамкал пересохшими губами, потом бросился к полкам, отодвинул несколько старых фолиантов, извлекая из-за них скатанную в рулон бумагу.
– Пожалуйста, – протянул ее Властительнице.
Она бросила сверток на стол, раскатала. Подняла с пола несколько книжек, прижимая ими загибающиеся уголки. Внимательно посмотрела на карту, сравнивая в уме с тем, что видела на спутниковых снимках. “Нарисована уже в наше время, от руки. Но оно и лучше – больше правды, точнее”.