Аэровокзал был заполнен людьми, Мэгги, пригнув голову, проскользнула сквозь толпу, стараясь не привлекать внимания. Она окинула взглядом расписание вылетов и направилась к стойке «Американ эрлайнз».
— Я еще успею на самолет до Чикаго?
Девушка за стойкой улыбнулась:
— Если у вас есть багаж, не успеете.
— Багажа нет, только это. — Мэгги показала рюкзачок.
— Хорошо. Только вам придется поторопиться.
Мэгги положила на стойку кредитную карточку, выписанную на фамилию, которую она взяла после замужества.
— И обратный на субботу, пожалуйста.
Взяв билет, она направилась к посылочному ящику «ФедЭкс». Заполнив квитанцию, по отдельности упаковала «беретту» и обоймы в респектабельные картонные коробки «ФедЭкс» и опустила их в ящик. Существовала, конечно, возможность, что их перехватит служба безопасности, ну что ж, тогда ей придется купить оружие на месте.
Подойдя к стойке «Юнайтед эрлайнз», она купила билет до аэропорта Кеннеди, назвавшись своей девичьей фамилией и заплатив наличными.
Проверку службы безопасности Мэгги прошла без осложнений. Самолет взлетел по расписанию. Мэгги смотрела в окно на город внизу, на озеро Понтчартрейн. Увидит ли она его снова? Увидит ли Сэма? Думать о Джимми она не смела.
— Исчезла? Что значит исчезла? — взревел Вашингтон.
Сэм, пока Вашингтон продолжал распекать Памелу Уэстон, взбежал наверх.
— Сигнал всем постам, срочно. Разыскивается Маргарет Кейди, она же Мэгги. Тридцать лет. Белая. Метр шестьдесят, худощавая. Темные волосы, темные глаза. Одета… Во что она, к дьяволу, одета, Сэм?
Сэм, окинув взглядом спальню, увидел записку, которую Уэ-стон каким-то образом умудрилась проморгать. Он взял записку, быстро прочел, а когда по деревянному полу коридора забухали тяжелые шаги, сунул бумажку в карман.
— Упаковалась для долгой отлучки? — спросил с порога Вашингтон.
Сэм подошел к стенному шкафу Мэгги, вдохнул знакомый розовый аромат. «Поверь мне», — написала она. Он наскоро проглядел одежду. Красный костюм, который Мэгги надевала утром в церковь, лежал на полу, рядом с кучкой разноцветных платков. Кожаная куртка исчезла. Шляпную коробку она, видимо, сняла, а после торопливо задвинула на место.
Сэм затолкал ногой красный костюм подальше в угол и закрыл дверь шкафа. Что бы она ни затеяла, он нутром чувствовал, что должен ее защитить:
— Похоже, одежда на ней та же. Красный костюм.
Вашингтон выкрикнул эту информацию оставшейся внизу Уэстон, потом подошел к дверям на террасу, осмотрел замки.
— А у тебя много замков, Сэм. Ожидал чего?
— О чем ты? Мэгги нервничала. Я часто работаю по ночам.
Вашингтон пристально посмотрел ему в глаза, потом кивнул. Толкнул дверь и вышел наружу.
— Она спустилась по этой лестнице. Из сада можно попасть куда-нибудь, кроме как к соседям?
— Если идти задними дворами — конечно. В конце концов окажешься на Магнолии.
— Ладно. Выходит, так она и сделала. Иначе мои люди увидели бы ее. Хорошо бы теперь понять, почему она сбежала. Имеются какие-нибудь соображения?
— Если бы имелись, я сказал бы.
— У вас были нелады в семье? Решила отнять у тебя ребенка и сделала это пожестче, чтобы тебе досадить?
Сэм старался говорить спокойно:
— Она к этому не причастна. Ты же видел ее перед домом. И потом Макс. Мэгги любила пса.
— Не обманывай себя, Сэм. Она причастна. Где она жила в Огайо?
— В Дэйвилле. — Сэм вернулся в спальню, Вашингтон последовал за ним. Вместе они направились к двери в коридор. — Там есть монастырь. Бенедиктинский. После гибели родителей ее воспитывали монахини. Она и сейчас ездит туда раза два в год, погостить.
Вашингтон хмыкнул:
— Подстегни-ка мою память. Какая у нее девичья фамилия?
— Джеймсон. Ты можешь все это проверить.
— Это уж не сомневайся, — Вашингтон взялся за ручку двери. — Если ты думаешь, будто я не понял, что ты меня выставляешь, забудь об этом. Нам придется обыскать спальню.
— Ты дашь мне пару минут, Дики, чтобы я побыл здесь один? Всего пару минут.
Вашингтон помялся. Потом, тяжело вздохнув, сказал: «Пара минут у тебя есть» — и вышел, оставив дверь открытой. Сэм закрыл ее, как только услышал, что лейтенант спускается по лестнице. Затем достал из кармана записку Мэгги.
«Не ищи», — написала она. Могла бы и сообразить, что об этом его просить не стоит. Он мыслит как коп. Более того, он — мужчина, любящий ее и Джимми больше жизни.
Сэм вернулся к шкафу Мэгги, снял с полки шляпную картонку, достал венчик из шелковых роз, но вдруг нагнулся к коробке и принюхался. Слишком слабый запах, — может, от какого-нибудь чистящего средства?… Сэм оставил коробку на потом.
Затем снял с планки все плечики, всю одежду и побросал ее на кровать. Он открывал сумочки и обувные коробки, засовывая пальцы в каждую туфельку. Коробка, в которой полагалось лежать выходным туфлям Мэгги, оказалась пустой. Начав перебрасывать коробки в угол, он учуял знакомый запах и, снова взяв шляпную картонку, сорвал с нее крышку. Запах едва различим, и все-таки он был прав. Оружейная смазка.
Сэм рванул подкладку, отодрал картонное дно. Спустя секунду от коробки остались лишь розовые клочья.
