- Сейчас… Спрашивает, его про какого-то профессора, фамилию не разобрать, и его новую теорию… Так, Петруша отвечает, что это все секретно и не подлежит разглашению, что-то вроде этого… Теперь техник говорит, про работающих в бункере номер 7… они вроде как тоже, оттуда… что типа все равно, рано или поздно узнают… Что узнают?! Непонятно...
Можа перескакивал от одного к другому, стараясь поймать каждое не произнесенное слово, Жос старательно делал пометки на клочке бумаги.
- Петруша просит, чтобы никому не говорили, что это он им рассказал, те естественно соглашаются… Так дальше… изучение пространственной аномалии… новые данные… профессор, не разобрать фамилию… провел опыты… люди спокойно проходили… сделал вывод, что все у нас в головах… воспоминания о ее границах…
Петруша вместе с коллегами растаял в положенном месте.
- Пока, как-то так.
- Вот видишь! Я же говорил! Он про нашу аномалию рассказывает, более того, там кто-то куда-то проходил и, вероятно, выходил тоже!
- Да, только ни хрена не понятно, кто и куда. Какие границы? Что в головах?
- Ладно, ладно, не торопись. Теперь ясно, что у нас неограниченное число попыток. Завтра соберешься и прочтешь все до конца.
- Мне бы твой оптимизм…
Следующий день тянулся еще дольше, так как все занятия были переделаны вчера. Немного скуку разбавил сбор дождевой воды. Если рейд по каким-то причинам затягивался и взятая с собой вода подходила к концу, оставался только один выход – собирать дождевые капли. То что плескалось в местных водоемах, с большой натяжкой можно назвать водой и уж точно нельзя было употреблять в пищу. Минимум жесточайшая диарея, максимум летальный исход, смотря откуда отхлебнешь. Прилетевшая с неба вода тоже не является идеальной для питья, потому как сдобрена испарениями Зоны, но, за неимением какой-либо другой, при крайней необходимости употребляется в пищу. Для ее сбора у каждого бродяги в рюкзаке имелся кусок плотного целлофана и моток проволоки для изготовления воронки. Дождику было все равно на всякие аномалии, в том числе пространственные и сталкерам удалось как следует пополнить свои запасы воды. После добавления армейской таблетки для обеззараживания она имела так себе вкус, но по крайней мере перспектива гибели от обезвоживания отодвигалась в необозримое будущее.
Потом они неспешно выстраивали костяк разговора и определяли места где особенно надо быть внимательным, чтобы уловить то, что говорят. Но делали это скорее от скуки, так как, в принципе, было ясно, что основная информация заключается в завершающем монологе младшего научного сотрудника.
Наконец, дождавшись гостей из прошлого и отработав с ними по второму разу, получили примерно следующий диалог:
- Петруша, говорят у профессора Сольникова появилась новая теория относительно нашей аномалии?
- Так и есть, но это совершенно секретная информация и я не имею права ее разглашать.
- Петруша, все равно мы скоро все узнаем. Все работающие в бункере №7, рано или поздно, узнают друг от друга о ходе проведения экспериментов.
- М-м-м… Хорошо, но только никому не говорите, что это я вам рассказал.
- Нет конечно, мы вообще никому рассказывать не будем!
- Профессор Сольников, тщательно изучив аномалию и проведя опыты, пришел к неожиданным выводам. Смысл в том, что аномалия с одной стороны как бы есть, а с другой стороны, ее как бы нет!
- Это еще как так?!
- Границы этой аномалии для себя устанавливает человеческий разум. То есть аномалия начинает не выпускать человека только после того, как он увидит и определит для себя ее пределы. Проведенные опыты подтвердили эту теорию. Специально, в режиме информационной изоляции, была доставлена группа «добровольцев» - заключенных приговоренных к расстрелу. Им завязывали глаза и просто просили пройти по прямой, в какой-то момент их пускали через нашу аномалию. И что бы вы думали? Они спокойно проходили сквозь нее! Получается, что это сидит у нас в головах! Если убрать у человека все воспоминания об аномалии и ее границах, в том числе из подсознания, то он спокойно сможет из нее выйти!
- Обалдеть…
- А что, Петруша, с Татьяной-то уже целовались? – спросил другой техник, которого видимо интересовали более приземлённые вещи, нежели какие-то непонятные аномалии.
- Ах отстаньте, вы… - отмахнулся младший научный сотрудник и растворился в пустоте.