Он въехал во двор, где в одном из домов располагалась конспиративная квартира. Поставив машину у подъезда, поднялся на третий этаж и открыл незапертую дверь. В квартире было тихо. Савелию даже показалось, что здесь никого нет. Однако в большой комнате он увидел разбросанную по полу женскую одежду. Заглянул в спальню и обнаружил на диване своего товарища без каких либо признаков жизни. Испугавшись, включил свет и услышал храп, оповестивший о наличии жизни в теле Перегуды.
– Костя, я приехал… – не дождавшись реакции, стал тормошить товарища, но тот лишь перевернулся на другой бок и захрапел громче.
Савелий решил принять экстренные меры – облить спящего водой. К сожалению, графин оказался пустым, и он вынужден был отправиться по воду. Открыв дверь ванной, Удодов оторопел от увиденного:
«Надо же так напиться, чтобы здесь уснуть», – подумал Савелий. – Вставай, красавица! Замерзнешь! – толкнул девушку в плечо и, почувствовав, что она холодная, потрогал пульс. – Вот это я попал! Вот это вляпался! – забыв о пустом графине, он поспешил в спальню.
– Константин, вставай! У тебя мертвая баба в ванной! Вставай, черт бы тебя забрал! – приводя в чувство товарища, он несколько раз ударил его по щекам ладонью.
Когда Перегуда наконец открыл глаза, Савелий увидел в них огонь безумия.
– Что ты орешь, как чумовой? Я знаю, что она сдохла! Передоз… За этим тебя и позвал. Одному с трупом не справиться – тяжело. Хотел «чистильщиков» вызвать, а потом подумал, зачем посторонних в это дело посвящать. Лишняя трата времени на объяснения. Ведь у меня есть ты – товарищ и соратник!!!
Константин встал с дивана и первым делом произвел ревизию принесенного Савелием пакета. Достав выпивку, радостно воскликнул:
– Молодец! Ты будешь? – спросил, разливая живительную влагу по стаканам.
– Я за рулем. И в данном случае я, скорее, подельник, чем напарник… – очень тихо произнес Савелий. – Что собираешься делать в сложившейся ситуации?
– Возьмем красотку под белые рученьки и посадим в машину рядом со мной. Будет досыпать на моем плече… Затем отвезем в Южное Чертаново…
– Ясно… А кто она?
– Обычная потаскуха… Навязалась в ресторане… Не знал, что она наркоманка.
Перегуда, поправив здоровье виски, разрезал вдоль белый батон, не спеша намазал не менее ста граммов масла и выложил поверх банку икры. Смачно закусывая, он обратился к товарищу:
– Ты знаешь… – он прервался, глотая очередной кусок, – …что сейчас творится в Ливии после смены полковника Каддафи?
– Что там творится? – с широко раскрытыми глазами переспросил Савелий, будто появилась блицновость, неизвестная ему.
– Жрать нечего! Даже курбан-байрам отметить нечем.
– И-и-и?
– Там новое правительство разрешило многоженство.
– К чему это ты? Не пойму…
– Жен много, чтобы было что жрать! Ха-ха-ха… – зашелся смехом Константин.
– Ну и шуточки у тебя.
Покончив с легким перекусом, шутник облизал пальцы и, посмотрев на унылое лицо товарища, улыбнулся.
– Савелий! Все будет хорошо.
– А если ее станут искать? Ты же говорил, что познакомился с ней в ресторане. Найдутся свидетели, видевшие, что она выходила с тобой…
– Ты что, дружище, я вышел один! И кому нужно что-либо расследовать? Мало куда пропала супружеская пара. Не они первые, не они последние, сожранные мегаполисом. Давай не будем тратить время на разговоры.
Через полчаса генералы доехали до нужного места и избавились от трупа. Костя Перегуда не преминул еще раз подколоть друга:
– Теперь мы с тобой, Савва, братья по крови. А за девку не переживай! – он широко улыбнулся и добавил, проговаривая фразу по слогам: – Никому еще не удавалось уйти от Константина Перегуды безнаказанным.
Когда они подкатили к конспиративной квартире, на небе уже появились проблески первых лучей солнца.
– Отправлю себя в командировку позавчерашним числом в Украину. Имею приказ на операцию, подписанный главным. Так что я не я и хата не моя, так вроде говорят жители этой страны? – вслух размышлял Перегуда.
Войдя в квартиру, Костя поспешил умыться и переодеться. Вскоре он вошел в гостиную, где дремал Савелий в застегнутом на все пуговицы мундире.
– Проснись! Нас ждут великие дела! – браво произнес генерал.
Услышав слова товарища, просочившиеся в полусонный мозг не призывом, а скорее вопросом, Удодов невпопад произнес:
– Костя, я сочувствую. Дал команду, чтобы выяснили причину смерти твоих родных. – Выразив таким образом поддержку, Савелий вместо скорби, вызванной потерей отца и сына, увидел в глазах Константина дьявольский блеск.
– Спасибо. Но это сейчас не самое главное. Что будем делать с технологиями, которые достанутся нам?
– Я не могу один решать. Ты был в командировке. Ждал твоего возвращения.
– Есть мысль… – начал Перегуда, выпрямился и, заложив правую руку за борт кителя, продолжил:
