Их диалог прервал звук хлопнувшей наружной двери шлюза. Практически сразу над внутренней дверью шлюза загорелся красный фонарь и раздался тревожный перелив сирены. Висевшая на поясе Тахометра рация, щелкнув, воспроизвела, — Василий, окажите помощь Асаину Ибрагимовичу, он фонит как лопнувший реактор. — Сняв с пояса рацию, и направляясь к двери ведущей в шлюзную комнату, Василий ответил. — Вас понял профессор. Я почти на месте. — Тутатис, направился за ним.
Подойдя к небольшому ящику, висевшему на стене, Василий произвел внутри него какие-то манипуляции, перещелкивая тумблеры. Сирена затихла. Утопив кнопку селектора, сказал в него, — немного терпения коллега, сейчас будет произведена деактивация. За это время мы подготовим все необходимое. — Раздался звук работающих двигателей и из-за двери шлюза стал доноситься шум льющейся под напором воды.
Повернувшись к Тутатису, Василий, тоном нетерпящем возражений, сказал. — Оставайтесь здесь. Я схожу за всем необходимым для таких случаев, а Вы поможете, мне с ним управится. — Тутатис кивнул и Василий удалился.
Через минут пять, красный фонарь над дверью начал потихоньку угасать. Еще через какое-то время, несколько раз мигнул и потух. В комнату вошел Василий, в руках он нес большое пластиковое ведро, застеленное плотной полиэтиленовой пленкой. Поставив ведро возле лавки, ближе к двери шлюза, извлек из него аптечку, резиновые тапочки и два небольших прибора.
Дверь шлюза открылась, и в комплекс вошел человек в изолирующем комбинезоне темно зеленого цвета. Прислонившись к стене, он грузно сел на лавку. Василий и Тутатис обступили его и начали помогать разоблачаться. Первым делом сняли шлем, обнажив бледное, круглое лицо с узкими глазами, затем ранец с фильтрующими элементами и сжатым воздухом. Мокрый разгрузочный жилет, сразу же был помещен в ведро. С комбинезоном из прочной прорезиненной ткани, пришлось немного повозиться, но в конечном итоге он занял свое место в пластиковом ведре. Все это время Асаин молчал, изредка тяжело вздыхая. После того как он остался в одном нижнем белье, Василий проверил его пульс, снял какие-то показания при помощи приборов и только открыв аптечку, заговорил с прибывшем. — Как твое самочувствие Асаин?
— Тошнит сильно. И голова болит. А еще ушиб себе левый локоть и подвернул ногу.
Оголив предплечье Асаину, Василий сделал ему укол в мышцу, выдавив внутрь все содержимое объемного тюбика. — Что произошло? Где радиации нахватался?
— На карте, в КПК, я все отметил. — Снова тяжело вздохнув, продолжил. — На открытой местности возле болота, установил оборудование. В двадцати метрах от точки, установил камеру слежения, возле брошенного и невесть как оказавшегося там бензовоза. Видел двух снорков. Прошли метрах в пятидесяти от меня, к болоту. Я остался, не замечен ими. Уже на обратном пути на меня выскочили три слепых пса. Решил не связываться и обойти их справа. Не знаю как, но я заблудился. А потом оказался в окружении этих тварей. Чудом удалось вырваться, положив там из ружья около семи псов. Залез на еще крепкий сушняк, бывшее когда-то высокое раскидистое дерево, и оттуда расстреливал слепых бродяг. Пока сук, на котором я сидел не хрустнул после выстрела, и я рухнул вместе с ним на землю. Скатился под уклон в ужасно вонючую радиоактивную жижу. Затаился в этом дерьме, как будто умер, и слепые псы, покрутившись, ушли. Переждав еще какое-то время, еле выбрался оттуда, оставив там ружье, рацию и свой вещмешок. Слава Богу, КПК остался при мне. Проложил маршрут и домой. Кроме аномалий ничего больше не попадалось за три часа путешествия. — Василий сделал еще один укол и подал знак Тутатису. Вместе они помогли встать Асаину с лавки. — Ой, как плохо мне. Ох. — Поддерживаемый товарищами, он направился в медпункт жилого отсека.
Уложив Асаина на кровать, Василий обратился к Тутатису. — Мне необходимо еще выполнить с ним несколько процедур, Ваша помощь пока больше не нужна. Направо по коридорчику, дверь с номером четыре и есть Ваша комната. Располагайтесь, отдыхайте. И не о чем не волнуйтесь, с ним уже все будет хорошо.
Вернувшись в холл за своим вещмешком, Тутатис проследовал в свою комнату. Оставшись наедине, он осмотрел свое личное помещение. Маленькая комнатка вмещала в себя кровать, прикроватную тумбочку и небольшой узкий шкафчик. Рядом со шкафчиком висела прикрепленная к стене полка с книгами. Он взял в руки одну из них. — Валентин Пикуль «Фаворит». — Быстро пролистав ее, вернул на место. Присев на кровать, прислушался. В комнате стоял еле заметный шум вентиляции.