– Я не блюл заветы святого Эдварда Каллена, – понурился вампирус. – Я пил из девушек кровь, а не шампанское. Я не хотел жениться на человечках! Да что там, я и вовсе не хотел жениться… – с каждым словом вампир распалялся все больше. – Я блюл заветы графа Дракулы, но… меня признали неканоничным, потенциально опасным и морально-устаревшим! И сослали сюда на принудительное становление вегетарианцем. А когда я выйду… о! они уже подыскали мне влюбленную человечку. Из неё нельзя будет пить кровь! – вампир забился в натуральной истерике. – А я в гроб хочу! В свой уютный старый гроб, в свой драматичный черный плащ… я крови хочу! – это он провыл с таким чувством, что оборотень едва удержался, и не завыл вместе с ним. – А это? Что это? – богатырским укусом вампир впился в, заметно увядшую, салатную горку. Листья нанизались на клыки, и торчали изо рта вампира как уши зайца-мутанта.
– Чувак, – подумав, сказал оборотень. – По-моему, ты где-то поступил не по инструкции. Салат не надо кусать. Его жевать надо.
– Жевать? – в глазах вампира отразился такой ужас, как будто ему предложили пожевать осиновую стружку. – Мерзость, – вампир с остервенением выплюнул листья. – А ты-то здесь за что?
– Ну я как бы это… Тоже на человечек не особенно заглядывался… – покраснел оборотень даже сквозь шерсть. – Я как бы мальчиков больше любил… И вообще, у меня два высших образования и недописанная докторская диссертация! Я ни разу не индеец, и терпеть их не могу! – забился в истерике оборотень. Блохи разлетались вокруг с визгливыми проклятиями. – Но я не соответствовал канону святого Джейкоба! Оборотень не может быть умным! Оборотень не может быть геем! Оборотень не должен есть людей!
И в этот самый драматичный момент, когда оборотень и вампир уже почти готовы были возрыдать друг у друга на плече, в их тихий уголок привезли еще одну клетку. На табличке была грозная надпись: «Опасно! Объект неиндентифицирован и может быть заразен!». В самой клетке сидела подозрительно человекообразная девушка.
– Эй, – первым решил окликнуть нё вампир. – Ты кто?
– Я – человек, – грустно откликнулась девушка. – И я совсем-совсем не любила оборотней и вампиров…