В одном большом городе, который называется Санкт-Петербург, было одно довольно странное заведение, которое называлось «Дирижабль». Это был зоопарк.И в этом зоопарке жили не простые животные, а фантастические, вымышленные. В книге рассказывается об удивительных событиях, которые произошли в «Дирижабле» однажды летом.Книга с забавными иллюстрациями будет интересна детям младшего школьного возраста и их родителям.
Серия
В одном большом городе, который называется Санкт-Петербург, было одно довольно странное заведение, которое называлось «Дирижабль». Это был зоопарк.
«Что же странного?» – спросят одни. «А почему “Дирижабль?”» – спросят другие. «И почему было, а не есть?» – наконец, спросят третьи.
А однажды летом директор зоопарка выдуманных зверей ушёл, причём не просто ушёл, а на пенсию. Он был очень уважаемым человеком по фамилии Корочкин, а когда ушёл на пенсию, его зауважали ещё больше. При Корочкине зоопарк выдуманных зверей так и назывался – «Зоопарк выдуманных зверей». Все животные – питомцы зоопарка – очень любили своего директора и называли его ласково Дедушкой. Каждый питомец имел свой отдельный дом – клетку-комнату с отдельным санузлом с горячей и холодной водой. Кормили зверей четыре раза в день: завтрак, обед, полдник и ужин (правда, только морковкой). Между обедом и ужином – регулярные прогулки по территории парка (в это время для посетителей зоопарк был закрыт). В общем, не жизнь, а сказка! Но, как говорится в одной очень умной пословице, что имеем – не храним, потерявши – плачем. Жили себе зверюшки из фантазий припеваючи, радуясь солнышку и наслаждаясь жизнью, как будто так оно и должно быть, и даже жаловались иногда, что плохо им живётся. Но поняли они, что жилось в зоопарке имени себя им при Корочкине очень даже хорошо, слишком поздно, а именно когда на замену директору пришёл Жаблин. Он быстренько переименовал «Зоопарк выдуманных зверюшек» в «Дирижабль», по своей фамилии.
– Я, – говорил он, – на то и директор Жаблин, чтобы в мою честь зоопарки называли. Вот «Дирижабль» – это правильно.
Зверям это уже не понравилось. Один из питомцев зоопарка, савчик (это такое название животного) Савва (а это его имя), предложил:
– Давайте устроим восстание против Жаблина, как сделали в девятнадцатом веке декабристы! Они тоже восставали, тоже против начальства!
– Нет, – возразил полумакак (это название животного) Дынька (это имя), – это невозможно. Декабристами мы не можем быть, так как на дворе июнь. Июнь… июнистами, что ли?
– Тогда нам надо сбежать, – предложила шманя Саня, пошевелив при этом пальцами на голове, и это означало, что она уверена в своей правоте.
– А я бы даже сказал вот так: нам надо либо устроить восстание, либо сбежать, – подвёл итог разговора изаброн Хеопс и поправил очки третьей рукой. Что ни говори, Хеопс – очень умный изаброн!
И тут перед зверятами встала нелёгкая задача – выбрать одно из двух, точнее, из трёх: ещё можно было остаться и жить, будто ничего не происходит. Но этот вариант никто не одобрил, потому что питомцы бывшего «Зоопарка выдуманных зверей», а ныне «Дирижабля» не из тех, кто подчиняется сложившимся обстоятельствам. Они из тех, кто сложившиеся обстоятельства раскладывает и складывает по-своему. Вот они какие!
– Надо что-то делать… – говорил себе под нос Савва, ходя… Или идя? Или брожа? Ладно, пусть будет «ходя» (не удивлюсь, если всё-таки «брожа»)… Ходя из одного угла клетки в другой, затем в третий, четвёртый и снова в первый, так как клетка имеет только четыре угла. – Надо что-то делать. Нам надо что-то делать! – сказал он и в отчаянии сел прямо на пол.
Савчик сидел на полу, как мыслитель Родена. Если бы Роден жил в наше время, он бы точно слепил что-то новое, пригласив Савчика натурщиком.
А вот Дыньку не волновало утверждение «нам надо что-то делать». Его волновал более важный вопрос:
– Неужели нам всё-таки надо что-то делать?
Дыня, если серьёзно, был самым несерьёзным из этой серьёзной компании.
Саня, шевеля пальцами на голове, ни на шаг не отошла от своей версии:
Была у Сани привычка вставлять французские фразы в речь. Звери уже привыкли, перестали удивляться и спрашивать перевод. Но для вас я переведу: «Ясно как божий день!» – сказала Саня.
Зато Хеопса, который был очень мудрым изаброном, тревожил ещё более сложный вопрос:
– Что делать?!
Конечно, Хеопс – это не Чернышевский, но и Николай Гаврилович не был питомцем зоопарка.
Сбежать, восстать или оставить всё как есть. Ты бы что выбрал? Согласись, трудная задача! Но ведь и трудные задачи надо как-то решать, правда? Не только в школе их решают, но и в жизни.
