Да, чтобы научиться использовать силу ночного светила, Константину понадобилось очень много времени — больше 5 корлов. И это с учётом того, что он уже прикасался к луне, что он уже впитал в себя её силу и пользуется ею, чтобы поддерживать свою не-жизнь. Он удивлялся, как же тогда этому ремеслу обучаются другие некроманты? Вадим объяснил, что адепты призрачного пламени очень долго находятся на стадии учеников. Он помнил свою бытность. Чтобы достигнуть такого уровня мастерства, на котором он находится сейчас, ему нужно было истратить порядка 15 корлов. И как раз таки 10 из них он познавал мастерство управления луной. Правда, он признался, что некоторое время отдавал для практики в магии ядов, развивая эту ненужную сферу. Константин же поступает правильно и не углубляется в то, что ему не будет потребно, а упорно идёт вперёд, к покорению именно зразе.
И вот, настал миг, когда он мог с уверенностью сказать, что может управлять силой луны. Вадим сказал, что теперь наступает этап, который обычно проходит достаточно быстро — слияние этих двух потоков в один. И Константин, в самом деле, убедился, что это даётся достаточно легко. Ещё полтора толнора — и в руке он держал, увы, пока что ещё не зелёное пламя. Это были просто два нематериализованных потока: зелёный эфир и серебристый лунный свет. Они вообще никак не взаимодействовали с окружающим миром. Но Вадим всё же отметил, что у его ученика всё выходит очень даже хорошо, и добавил: «А теперь наступает заключительный этап твоего обучения. И его ты должен пройти без меня, потому что ты будешь соединять эту силу со своей сущностью. Загрис очень хорошо поработал над тобой. Ты практически готов стать полноценным зразером. И я вижу, что от жизни, от этого изъяна, от этого балласта, от этой преграды, что отделяет тебя от величия в смерти, ты избавился настолько, насколько это возможно. А теперь пусть эта тьма, что лежит внутри тебя, сольётся с этими силами, что ты держишь в своей руке. И тогда при обращении к этим двум силам ты будешь извлекать нечто новое — зелёное пламя смерти. И чем дальше ты будешь от жизни, тем сильнее в тебе будет эта магия» Договорив это, он покинул своего ученика, оставив его наедине со своими мыслями.
Константин толноры напролёт размышлял об этом. Он пытался искать остатки жизни в себе, чтобы искоренить их до конца. Он уже и не помнит, когда в последний раз принимал пищу, наслаждался сном или вообще дышал. Зоралист помог ему преодолеть все эти недостатки жизни. Что ещё можно предпринять? Начать ненавидеть день и действовать только ночью? Но зачем? Столько времени можно потерять впустую! Прекратить вообще какое-либо общение? Но, опять же, это неразумно. Именно благодаря общению он столько достиг. Тем более Вадим убеждал его начать ходить вместе с другими некромантами в походы по Игской роще, чтобы набираться опыта. Но он даже и от этого отказался. Как ещё можно отдалиться от жизни?
Так он ходил и размышлял довольно продолжительное время. Он выходил на балкон, чтобы озирать мрачные пейзажи опасных земель. Он покидал башню, чтобы побродить по окрестностям. Он ходил по первому уровню своей обители, всматриваясь в лица изваяний, всякий раз вспоминая слова Вадима: «Дух есть у всего, и даже у камня. Но лично я не уверен в этом. А иначе некроманты могли бы оживлять даже камни, чтобы они сражались за нас» Он не пытался оживить эти монументы, хотя ему очень этого хотелось, потому что понимал, что как раз таки той самой силы, которая может оживлять неживое, у него пока что ещё нет. Но он отмечал для себя, что ни одно из этих существ не вызывает у него страха или отвращения. Все эти чудовища выглядели величественно. И он хотел бы управлять одним из них.
Однажды ночью, стоя на балконе, который смотрит на запад, он вглядывался во тьму и видел посреди Шурайского леса какое-то бледное сияние, похожее на лунный свет. «Наверное, какие-нибудь плексоры проводят свои ритуалы в чаще леса» — подумал некромант и сосредоточился на собственных мыслях.
Безуспешные попытки зажечь в руках зелёное пламя зразе побудили его решиться сходить вместе с другими некромантами в их походы. Мастер Ки́лан посмотрел на Константина своими мрачными карими глазами и монотонно произнёс: «Ты можешь с нами пойти. Но я запрещаю тебе задавать вопросы по поводу своего обучения. Ты можешь смотреть и наблюдать. Но расспрашивать не стоит» Ученик, конечно же, согласился с этим.
