Отношения с теми чародеями, с которыми он предавался кутежу, ничуть не испортились. Даже, наоборот, как показалось Владу, они стали сами искать случая разговаривать с ним. А некоторые даже кормили его при помощи магии, так что познающий перестал навещать Алена. И вот, разговаривая с одним из таких друзей, он и услышал истинную причину, почему полнолунье для Влада так важно: «Когда у тебя день рожденья?» Тот ему отвечал: «21 торнора 1 месяца» — «Ну тогда всё понятно, дружище. Ты — прирождённый некромант» — «Не… Кто?» — «Некромант. Повелитель мёртвых» И его собеседник рассказал о том, что такое некромантия и как она связана с луной. Помимо этого, они поговорили о нежити, о личах, о бедственном дне Зорагалдиум. Но по всему было видно, что для него это не больше, чем бредни и сказки на ночь, чтобы пугать непослушных детишек. Однако, несмотря на это, маг всё же предупредил, что эти знания в стенах белой башни считаются запретными. Поэтому с учителями такие темы лучше не обсуждать. А иначе они будут очень злы. После того разговора Влад неоднократно возвращался к мысли о некромантии и старался почаще разговаривать с тем магом, который ему о ней рассказал. В одном из таких разговоров он вызнал, что башня чёрной магии находится на юге. И если светлый чародей решил встать на тёмный путь, ему нужно совершить туда путешествие. Эти разговоры взращивали семя тьмы, что было посеяно в его душе при рождении. Так что Влад в тайне ото всех пытался ещё искать больше сведений о некромантии. Однако в этой башне он не нашёл даже упоминания о ней. Так в его голове вырисовывалась картина, что ему нужно идти на юг.
Помимо этого, отношение женской половины к юному познающему белую магию тоже изменилось. Они также искали с ним общения. И в каждом таком разговоре не обходилось без намёков. Влад не мог поверить своим ушам. Ему, конечно же, льстило такое внимание, однако он посчитал это испытанием его мудрости и самообладания. А потому всегда старался тактично уходить от таких разговоров. Позднее он узнал, что такие безнравственные дела свершаются даже в башне, под носами учителей и мастеров. Они уединялись в тех самых комнатах для уединения и там предавались всем этим плотским делам. И надо признать, сердце Влада то и дело склонялось к тому, чтобы стать подобным этим чародеям. Валтзиру он ничего, конечно же, не говорил, а лишь продолжал быть прилежным учеником.
