- Правда, все. Только к чему ты мне это говоришь?
- У нас подарок для тебя. Даже два.
Некроманты расступились и дали мне волю над моим телом. Я сразу схватила ошейник и попыталась снять. Но один из некромантов пресек мои попытки. Схватив меня за ошейник силой, потащил к клетке с толстыми решетками. Шипы больно впились в мою кожу, а я хоть как-то оттягивая пальцами, попыталась ослабить или чувствовала, что иначе умру от удушья.
Запах волка, гноя и крови резко ударил по моему нюху. Но я пока ничего не видела кроме решеток. Из темноты появился силуэт. Сверкнули голубые глаза. Я судорожно вдохнула. Его челюсть и подбородок были покрыты щетиной, непонятно было, тут борода или нет. Его нос был кривоват, вероятно от раннего перелома, который не сросся правильно. Волосы, часть была заплетена в косички, часть превратилась в колтун. Из за грязи я не могла определить их цвет. Один глаз еле открывался из за синяка. Пол лица в шрамах, ожогах.
- Я чую запах волчицы… самка… это невероятно…, - хрипло произнес Луций. Он не мигая внимательно посмотрел на меня и стал водить носом. – Это какой-то ваш трюк Скотовси?
- Нет, волк. Она настоящая, - с этими словами некромант потащил меня еще ближе к чужому волку.
Пленник схватил меня за руку и стал нюхать ее. Когда он начал облизывать мою конечность я попыталась вырвать руку, но он держал крепко.
- Такая сладкая… твой аромат сводит меня с ума, - пророкотал он.
- Есть еще одна волчица, Луций.
Пурэтос притащил Милу. С нее не сняли заклятие, так что она стояла неестественно застыв. Волк внимательно посмотрел на нее.
- Луций, две волчицы. На любой твой вкус. Скажи нам секрет бессмертия, и ты получишь этих самок. Честная сделка.
Луций довольно долго молчал, вперив взгляд на меня.
- Хорошо. Сейчас ночь, я должен это показать. А показать могу только при свете дня.
- Сейчас.
- Нет. Даже если хочу, не получиться ночью. Завтра.
- Поклянись, что не попытаешься обмануть нас, увильнуть и что-то утаит. Ты завтра же с первыми лучами солнца раскроешь нам тайну вашего клана!
- Я вам и так раскрою, зачем клясться? – хмыкнул узник.
Не знаю кто из некромантов, схватил меня за волосы и потащил к горящему очагу недалеко от клетки. Намотав мои волосы в кулак он с силой приблизил мое лицо к огню.
- Нет! Не надо! – закричала я тщетно пытаясь вырваться.
- Отпусти ее! Или я тебе горло перегрызу, - зарычал Луций.
- Дай нам клятву! Или я буду держать эту рыжую над огнем, пока часть лица не превратится вкусную корочку.
Ужас охватил меня при этих словах. А этот чертов волк молчал. Явно пытался придержать этот гребанный секрет. Ну же! Огонь начал нестерпимо жалить мою кожу. Хорошо, что некромант держит мои волосы, а то бы они вмиг вспыхнули. Я заверещала, когда мое лицо приблизили еще ближе к очагу.
- Стой! – наконец крикнул волк. – Клянусь Волчьим Пастырем и Матерью Луной, что завтра при свете дня без недомолвок раскрою секрет нашего клана!
Наконец меня убрали от огня и швырнули в пол. Теперь я всю жизнь буду бояться огня и неркромантов.
- Мы придем завтра, - сказал мой мучитель. Он снова навел на меня свои черные чары. Я превратившись в безвольную куклу пошла за ним. Мы поднялись на один этаж. Зашли в комнату, где была большая кровать. Сняли заклятие и заперли вместе с Милой.
- Зорька! – подбежав ко мне, закричала она. – Ты в порядке? Прости, я не могла двинуться, чтоб помочь.
- Все хорошо, - успокоила я ее.
И потерла лицо, которое неприятно щипало.
- Этот волк… - начала Мила.
- Он спасет нас, - перебила я.
- А потом? Как мы вернемся домой? Ты понимаешь, что этот волк может захватить нас в плен? Почему ты не выбросила этот чертов камень? Что будет с нами? Что будет с моим отцом? А твой Драган? – вопросы посыпались от волчицы как из рога изобилия.
- НЕ ЗНАЮ! – закричала я. И заплакала. – Я не знаю… меня там Драган ждет… а я непонятно где…
Мила помолчала, а потом тоже заревела.
- Если я… вернусь… домой, то … убью этих мальчишек, - всхлипывая, проговорила она.
- Сначала… сдерем с них шкуры, - добавила я.
- Живьем… а потом расчленим…
- Зажарим и сьедим, - с улыбкой закончила. Милава улыбнулась в ответ.
И хоть нам было страшно от неизвестности и предполагаемой незавидной участи, мы точно знали, что поддержим, друг друга в любом падении – теперь держитесь враги, мы взлетаем!
***
