Зорге полностью

Если бы признания Одзаки пришли на день позже, а аресты иностранцев, следовательно, задержались бы еще на один день, то Зорге, по меньшей мере, сжег бы бóльшую часть важных вещественных доказательств. Зорге был арестован 18 октября 1941 года». Почему Зорге мог успеть что-то сжечь, если бы Одзаки взяли не 14-го, а 15 октября, и что именно это было – можно только предполагать. Точно известно, что признание далось Одзаки нелегко: «Ввиду того, что Одзаки являлся известным человеком с весьма широким кругом общения, возникло опасение, что весть о его аресте дойдет до Зорге. Пристав Такахаси подверг Одзаки тщательному допросу. Дознание проводилось быстро. Преступник был близок к обмороку, однако его привели в чувство и продолжали допрос без применения силы». В результате «было установлено, что Одзаки в течение 10 лет обзаводился сотнями знакомых и друзей, начиная с министров и кончая женщинами, всякими путями узнавал у них ценные государственные и военные секреты и передавал их Зорге. Одзаки признался в шпионской деятельности, которой он занимался в течение 10 лет с 1932 года в пользу Коминтерна».

Чем был чреват «тщательный допрос» (еще один термин, использовавшийся в протоколах для обозначения пыток наряду с «мерами преследования» на весьма образном языке японских полицейских), можно судить еще по одному похожему документу, свидетельствующему о задержании 29 октября на Хоккайдо субагента Мияги – Тагути: «30 октября во время допроса Тагути откусил себе язык и пытался покончить жизнь самоубийством, но благодаря быстро принятым мерам не сумел осуществить свое намерение».

Советского агента вывели из болевого шока, привели в чувство и заставили писать, раз он не мог теперь говорить: «В конце концов Тагути признался в том, что по рекомендации Ямана познакомился с Мияги. Примерно в феврале 1941 года ему стало известно, что Мияги собирал всевозможную информацию и получал исследовательские материалы военного, дипломатического, политического и экономического характера и все это передавал в Москву. Он признался также, что передавал Мияги сведения о местожительстве политического обозревателя Сибата Мурамаци, который находился в подчинении секретаря генерала Угаки Ябэ Канэ, посещал организацию “Маци Сейкай” и у входивших в нее начальников политических отделов газет, корреспондентов и других лиц получил сведения о переговорах Того с Молотовым, посла Иосидзава в Голландской Индии о нефти, о переговорах с США, о содержании послания принца Коноэ, о вооруженных силах, дислоцированных во Французском Индокитае, об обстоятельствах переброски в Маньчжурию войск генерал-лейтенанта Ямасита Томобуми, о количестве вооруженных сил, находящихся в Маньчжоу-Го, местонахождении аэродромов в районе Хоккайдо, о затруднительном положении там с продуктами сельского хозяйства, о количестве добываемого угля».

В полицейских документах много слишком настойчивых упоминаний о том, что в отношении арестованных по делу Зорге не применялись пытки, но с неменьшей частотой там можно обнаружить и сожаления по поводу необходимости прекратить допрос в связи с плохим физическим состоянием узников.