Растерянность длилась недолго. Солдаты залегли и открыли ответный огонь. Но было уже поздно. Джерези, Глемас и Алгала проскочили открытое пространство. Под прикрытием очередей Глемаса и Алгалы, разведчики вскочили и тоже заскочили в тоннель. Правая башня резво повернулась и ствол плазмомета выплюнул сгусток синего пламени. Последний из разведчиков, подскользнулся на льду, и попал под удар плазмы. Тело мгновенно вскипело внутри бронекостюма, а через миг и броник прогорел от огромной температуры.
Увидев как за маской в шлеме, мгновенно надулись и лопнули побелевшие глаза солдата.
Алгала зажмурила глаза и отвернулась.
— Принцесса, бежим! — подтолкнул её Глемас. Оставшиеся разведчики, оглядываясь, шли последними, прикрывая их отход.
За поворотом их ждала Джерези. Этот тоннель не освещался, и у всех зажглись налобные фонари. Когда все собрались, она подняла над коммуникатором на руке небольшую голограмму.
— Смотрите. Мы подошли вот к этой зоне. Видите, она вся изрыта ходами. За ней начинается очищенное место непосредственно под черным кораблем и вокруг него. В этот зал входят всего три больших тоннеля. Один из большого кругового, второй из малого круга и третий из тоннеля, который мы только миновали. Зато малых тоннелей — сами видите. Это значит, здесь сможет пройти только пехота. И встречать её будет такая же пехота. Нас никто не преследует. Это значит, что нас не посчитали опасными, и впереди уже ждут.
Мы не полезем прямо сейчас в лапы наемников. Подождем атакующую пехоту, и когда они завяжут бой в малых ходах, первыми войдем в зал под кораблем.
Она посмотрела на гронца:
— Глемас, ты ничего не чувствуешь?
Тот задумчиво ответил:
— Значит, ты тоже? Кротов?
— Да! Я же говорила! Я знала! Живой!
— Да, что вы такое чувствуете?! — Алгала схватила Гронберга за руку и повернула к себе. — Выкладывай!
— Я уже некоторое время чувствую присутствие Сергея, — ответила вместо него Джерези. — Не смотрите на меня так, принцесса. Я в здравом уме.
— У меня такое же чувство. Не знаю, как это происходит, но ощущение такое, что он где-то рядом. Вот-вот выйдет из-за поворота.
Принцесса, не зная, что сказать, переводила взгляд с одной на другого.
— А он, этот землянин — он вообще человек?
— Конечно, человек, — опередил Джерези Глемас. — Я проверял, медмашину он проходил, ну и нифлянец его нюхал.
— Если нифлянец, то да. Их не обманешь.
— Глемас, это что, про зеленокожего? Ты же сказал, что не знаешь, зачем он там сидел.
Их диалог прервал разведчик:
— Вы слышите?
— Да. Похоже, добрались до тоннеля.
Оттуда, где они так удачно проскочили, все явственнее звучали звуки разгорающегося боя.
Все шло, так как он и планировал. Погибающие огневые точки, не только выкашивали живую силу и технику противника, но создавали атмосферу полноценной обороны. Если бы запустить имперцев вглубь тоннелей вообще без сопротивления, они бы явно что-то заподозрили, и не гнали столько резервов вниз. А, сейчас, по его расчетам выходило, что и на поверхность им надо высаживать дополнительные силы.
Глехир улыбнулся — Совершенный будет доволен. Бронтиусу не хватало присутствия бога. Очень хотелось вновь окунуться в нирвану космоса. Почувствовать себя равным богам. Иногда ему казалось, что он слышит шепот Совершенного, но это были обрывки каких-то снов и воспоминаний, и он списал все на нервное напряжение боя и воздействие этого ледяного подземелья. Люди не должны жить здесь, они не черви. Людям нужен простор.
Бронтиус встряхнулся, не о том думаю. Наступает решающий момент, пехота имперцев вот-вот пробьется к главному залу под кораблем. Тяжелую технику использовать тут они не станут, действовать будут только солдаты со стрелковым оружием.
Он осмотрел разложенное перед ним оружие: игольник — обычный армейский; четыре кассеты гранат; вибронож в пошорканых автоматических ножнах — этот клинок у него с лейтенантских времен, с выпуска из академии; два бластера — в рукопашной обязательно пригодятся; покрутил в руках парализатор, и закрепил на броне — тоже пригодится. Остальное: контейнер с паутиной, пульверизатор с нейтрализатором для неё, химический фонарь, и еще кое-какие мелочи столкнул со стола на пол — ни к чему, не пригодятся. Взял, покрутил — осматривая — боевой шлем, зачем-то протер самочищающийся щиток и поставил обратно на стол.
Ну, все, готов. Осталось ждать. Битва шла к финалу по его планам. С чувством удовлетворения от хорошо сделанной работы, он замер, поглядывая на постоянно меняющуюся голограмму. Скоро.
Бронтиус давно решил, что умрет в бою, не дожидаясь, когда сработают мины. Выставленный таймер подорвет их в определенное время и без его помощи. А, он в последний раз почувствует опьянение боя. Ведь чем-то это чувство было сродни тому, что давал почувствовать при общении Совершенный.
За спиной гремел бой. Мухи прилепившиеся у входа в тоннель, показывали, что он пока свободен. Наступавшие не могут прорваться через кольцо бронебашен. Но это дело времени. Скоро кто-то появиться здесь.
