– О, друг мой, это совершенно необязательный пункт, – послышался раскатистый голос Мастера Атона, который сидел чуть ниже Верховного, развернувшись сейчас в пол оборота. – Достаточно того, что мальчика признал сильный Мастер и того, о чем сказал сам Аластар – Альм овладел оружием. Большего и не надо. Ну, – замялся архивариус, – за исключением желания самого испытуемого... – мужчина незатейливо пожал плечами и повернулся лицом к арене, на которой уже все закончилось. Авана одержала победу. Признаюсь, это немного, но успокоило мою душу. Жаль не увидел самого боя. Я уверен – это было прекрасно.
– Он согласен, так ведь Ученик? – Аластар выделил последнее слово и, склонив голову на бок, требовательно посмотрел на меня.
– Мальчик мой, тебе совершенно не обязательно участвовать в этом фарсе... – по-доброму улыбнулся мне Верховный. Подумать только, я нахожусь среди высшей иерархии храма, и они сконцентрировали все свое внимание на меня. Будь я простым четырнадцатилетним парнишкой, то прыгал бы сейчас от счастья, жаль я не он. Иначе не понимал бы той мерзости, которая сейчас происходила. Все эти напыщенные, обличенные властью мужчины и женщины, обладающие поистине огромной силой, устроили очередную игру, исполнить которую предстоит именно мне.
– Тем более, что это не представляется возможным, – включился в разговор крупный даамонец с изрядной долей лишнего веса. Он лениво почесывал свою редкую бороду и оценивающе разглядывал меня. – Все твари от второго до третьего класса закончились. Остались только четверки и пятерки для командных боев.
– Но четверки ведь есть, верно? – Отмахнулся Аластар.
– Н-н...да-а, – неуверенно промямлил шокированный толстяк.
– Вот и отлично! – Воскликнул Аластар и бросил на меня вопросительный взгляд, недобрый такой, с явной угрозой. – Ты же справишься, не так ли, Альм?
– Не стоит давить на парня, – включился Верховный, – продолжая гипнотизировать меня своим добродушным видом, – я вижу в нем большой потенциал, будет обидно, если он загубит свою жизнь по воле жестокого сумасброда.
Честно признаться, решение я принял практически сразу. Не знаю, чем я руководствовался, но одно знаю точно: угроза в глазах Учителя, мне гораздо понятнее и роднее, чем показушная добродетель Верховного.
– Да, Учитель, я справлюсь!
Ну, что за глупец... Я же прекрасно понимал, что ввязываюсь в борьбу, которая меня совершенно не касается, но все равно согласился на участие. Что интересно, даже сейчас, когда я смиренно следовал за своим сопровождающим, который вновь непонятно откуда появился, я не мог решить для себя, почему подписался на эту авантюру. Нет, с одной стороны, статус личного ученика Высшей Тени – это прекрасно, тут даже не статус главное, ведь в первую очередь это возможность развиваться, становиться сильнее.
Да о чем я вообще? Я же стану членом элитного отряда зачистки. Брать меня на особо опасные задания, скорее всего не будут, но даже так я получу гораздо больше, чем мог бы в своей обыденной жизни.
С минусами все немного сложнее. Во-первых, я могу умереть. Причем не где-то там, в лесах на задании, нет. Более чем вероятно, что мой сегодняшний противник окажется мне не по силам. Четвертый класс опасности, просто немыслимо! То, что Аласте удалось победить кабанчика третьего класса уже достижение. Только самые талантливые и бесстрашные рискнули на этот шаг, остальные бились с двойками. Мне же предстоит сразиться с четверкой. Вот так задачка...
Взвешивая все плюсы и минусы, я упустил момент, когда сопровождающий остановился, и я чуть не врезался в его спину. За огромной живой преградой, закованной в легкий доспех матово-черного цвета, послышалось недовольное ворчание:
– Что привело Высшую Тень в мою скромную обитель?– Он отклонился чуть в бок, чтобы увидеть меня, застывшего за спиной воина, – Если что, регистрация на индивидуальное испытание давно завершена.
Я оглянулся. Ворчливый распорядитель оказался прав. Обитель его действительно скромная. В памяти возникли образы казематов, в которых, мое второе «Я», по-видимому, успело побывать. Нечто подобное сейчас и предстало перед моими глазами.
Темное небольшое помещение, декорации которого ограничивались старым письменным столом, стулом, шкафом, полки которого трещали под тяжестью бумажных стопок, мокрым от сырости камнем стен и одиноким кристалл, тускло мерцающим в оплетке из металлических прутьев. Его будто нарочно заковали в клетку, предотвращая его неизбежный побег, который лишил бы мрачное убранство кабинета распорядителя единственного источника света.
Сам же распорядитель выглядел под стать своему рабочему месту. Такой же мрачный и неприветливый. В отличие от большинства даамонцев, он походил на бездомного бродягу, который слишком далек от цивилизации, чтобы знать об опрятности и сытой жизни.
