Сложные вопросы психологии творческой личности, участия художника в строительстве новой жизни затронуты в романе «Писатель». Здесь нет картин беспощадного противоборства сил прогресса и реакции, все, кажется, успокоилось, вошло в привычное русло. Проблемы, которые волнуют писателя Сирака, центрального героя произведения, так непохожи на сложности совсем недавнего прошлого, те, что приходилось решать Деррыбье. Однако оба столь различные по сюжету произведения объединяет стремление автора показать становление человека революционной эпохи. В «Зове красной звезды» этому служит повествование о тяжелейшем периоде борьбы с контрреволюцией. Героизм того времени — это героизм патриотов, таких, как Деррыбье. В «Писателе» Бэалю Гырма развивает идею, нашедшую выражение в его ранних произведениях: счастье художника, полноценное раскрытие его таланта достижимы лишь в служении людям, таком же бескорыстном и преданном, как служение тех, кто поднимался на защиту революции с винтовкой в руках. Само время требует от писателя вовлеченности в происходящие перемены. Этому подчас мешают внутренняя несобранность человека искусства, бытовые неурядицы, оторванность от народа. Все это пытается преодолеть Сирак.
Он мучится потребностью написать книгу о революции, о людях, ее свершивших. Как это сделать, избежав приблизительности, упрощения, фальши? Для современных эфиопских литераторов вопрос далеко не праздный — ведь художественное осмысление великого перелома, открывшего Эфиопии путь в будущее, только начинается.
Роман «Писатель» психологичен. Бэалю Гырма стремится изобразить внутренний мир художника во всей его сложности, его интересуют противоречия творческой личности, специфика характера, мятущегося между полюсами отчаяния и надежды. Надо сказать, автор во многом идет непроторенной тропой, ведь психологический роман — жанр, в котором эфиопские прозаики делают лишь первые шаги. Именно этим объясняются некоторые натяжки в трактовке образа Сирака, неубедительность отдельных его поступков, иногда банальность нравственных дилемм, стоящих перед ним. К творчеству Бэалю Гырма нет нужды подходить с заниженными мерками. Талантливый прозаик, как многие его коллеги, пишущие по-амхарски, нуждается в нелицеприятной критике, которой, к сожалению, пока мало в Эфиопии. Это помогло бы ему избавиться от указанных недостатков.
Литературу современной Эфиопии можно по праву назвать молодой, хотя, как мы видели, она покоится на основании, заложенном в глубокой древности. Ее молодость — это молодость страны, провозгласившей своей целью построение нового общества на принципах научного социализма.
