Кудесник кивнул, принимая приглашение, а позже направился к стоявшим в стороне братьям.
— Эх, Госра. Только обрели тебя и вновь потеряли, — скупо произнес Батыр, а затем крепко сжал в объятьях.
Следующим подступил Максуд. Мечник сжал предплечье брата, долго смотрел в глаза, но не промолвил ни слова. Отступил, чтобы дать возможность попрощаться следующему. Семрин подлетел, словно ветер. Схватил брата, а затем закружил, весело смеясь. Поставив взъерошенного парня на твердь, сунул руку в карман.
— Ты вчера потерял одну забавную вещицу, — с этими словами извлек из куртки тот самый амулет, что получил даровитый за победу над пиратами, — я немного пошептал в него, надеюсь удача тебе пригодиться.
Ханой перешел на родное наречие.
— Если ты устанешь отмывать стариков в этом забытой Всеотцом провинции, найдешь нас по Зову крови на передовой. Научись заговаривать амулеты для управления истуканами, это самое важное задание. Ждем тебя в новом статусе и с пройдённым путем возвышения. Очень хочу присутствовать при твоем восхождении на третью ступень. Прощай, брат.
Оглянувшись на дом, кудесник поджал губы, ему было важно увидеть сестру перед отбытием. Вздохнув, развернулся к носильщикам.
— Госра! — раздался окрик Ляосянь с порога дома. Стремительно сбежав с крыльца, девушка бросилась в объятья смущенному собрату. — Покажи Земле, что ветер и вода сильнее стен и преград. Да прибудет с тобой сила.
Отстранившись, Ляосянь всматривалась в совсем еще ребяческое лицо с очень грустными глазами. Не сдерживая порыв сердца, громко и шумно поцеловала в щеку. Также стремительно скрылась в доме.
— Ветер на нее плохо влияет, брат! — пошутил на прощание Семрин. Так, под дружеский смех, кудесник занял свое место на подушках, а четверо слуг с легкостью подняли паланкин. Впереди шел помощник и колокольчиком отгонял встречных пешеходов. Через пару минут в воротах показался первый патруль из солдат, внимательно осмотрел четверых вооруженных парней, но сделали вид, что претензий не имеют.
— Зайдем в дом. Многое нужно обсудить.
Четверо братьев были взволнованы предстоящей перспективой, неизвестностью и вызовом. Ранее все было просто и понятно, а отряд из одного кулака решал все вопросы голосованием и принимали решение сообща. До первого Сейчас же возникла необходимость разделиться на пары. А как сделать так, чтобы нивелировать слабые стороны, а усилить десяток, было сложной задачей.
Максуд слишком прикипел к кудеснику. Его робкую натуру, но в то же время могучую силу. Семрин легко сближался с любым человеком и был легким на подъем, но его ветренная натура не оставляла уверенности в его следующем шаге. Батыр был слишком увлечен идеей совершенства любого произведенного действия. Надежный товарищ, отличный лучник. Только если будет выбор спасти брата или убить вражеского генерала, стрела укажет на врага. С Ханоем в одной упряжке мечник не сможет, даже если это соответствует его целям.
Батыр размышлял схожим образом, только мечник его не устраивал из-за излишней импульсивности и взрывного характера. Семрин раздражал своим наплевательским отношением ко всему, а также противной способностью выходить из любой передряги неожиданным образом. Ханой излишне контролировал его шаги, зачастую мешая своими советами.
Больше всего анализировал стратег. Максуд выпадал из спайки. Два льва в одном прайде обязательно сцепятся. Хорошо иметь в команде Семрина. Его удача притягивает тысячу неприятностей, которые удивительным способом наполняют жизнь приключениями и открытиями. Но, положа руку на сердце, путь в Вэй был бы намного спокойнее без баловня судьбы. Батыр более управляем, чем мечник, лишь его упрямость и собственное понимание приказа выбивало из колеи. Но можно быть полностью уверенным, что задача будет выполнена. Пусть и иным способом.
Копейщик не думал о выборе десятника. Он знал, что все будет хорошо.
— Ну, что решили? — поинтересовался Копье.
— Как ? — отреагировал Лук.
— Я не знаю, —сокрушался Меч.
— Предлагаю решить этот вопрос после усиления до двух десятков. Может быть будет проще, — подытожил Кнут.
***
Утро не принесло облегчение и понимание. Позавтракав вчетвером, Ляосянь так и не спустилась к завтраку, воины, оставив оружие в доме, пошли получать ярлык наемника. Им компанию составили охранники на воротах, обещая указать дорогу. Какого же было удивление кочевников, когда им отказали выдать лошадей. Ответ был до неприличия прост: чтобы перемещаться в черте города на вьючных животных, вы должны быть воинами. Воинами они могут называться лишь с оружием в руках. А чтобы носить оружие свободно, необходимо разрешение от военного ведомства.
— Господин, я не могу отказать вам забрать своих лошадей, но и не могу отдать их без гуань наемника. В любом случае я пострадаю или от вашей тяжелой руки, или от суда военного положения. Не губите!
