В глазах у Олтона потемнело, он покачнулся и схватился за тумбу, чтобы не упасть.
– Ты разбудил меня, когда прикоснулся к Камню.
– Какому Камню?
– Он у тебя под рукой, парень.
Зеленый камень наверху тумбы был отшлифован в блестящий правильный овал.
– Вот этот, турмалиновый?
– Да-да-да, – закивал старик. – Я являюсь Стражем. Когда надо, помогаю Хранителям Стены разобраться с их детищем. Но ты ведь не Хранитель?
– Нет. Вернее, да – в некотором смысле. А также Зеленый Всадник.
Мердиген проворно склонился вперед, в глазах его блеснул живой интерес.
– Ну, и как война?
– Какая война? – Олтон с трудом улавливал смысл происходящего.
– Ну да, война… Удалось старине Смидхе побить Мирвеллов? В последний раз Орла сообщил мне, что Всадники приняли сторону Хилландеров.
– А, так вы имеете в виду Войну Кланов, – потряс головой Олтон. – Ту, что закончилась двести лет назад.
–
Если бы у Олтона были силы… Он бы рассказал Мердигену, как Хранители – один за другим – оказались втянутыми в войну, пока никого не осталось в живых. И как Стена – несокрушимая, судя по всему – осталась стоять сама по себе. Но он попросту лишился сознания, не успев произнести хотя бы слово.
Олтон помотал головой и застонал.
– Послушай, парень, Стена в ужасном состоянии. Что ты намерен предпринять по этому поводу?
С трудом разлепив глаза, Всадник обнаружил Мердигена, стоявшего над ним.
– Воды… – едва слышно прошептал он.
– Я Страж, а не водонос! Кроме того, я неспособен переносить материальные объекты: они проходят у меня сквозь пальцы. Только иллюзорные.
В качестве демонстрации у него в руках внезапно материализовалась крупная морская черепаха. Выглядела она, как живая – даже плавники шевелились в воздухе. Затем раздался легкий щелчок, и черепаха исчезла.
Олтон протер глаза. Ну вот, у него снова начались галлюцинации, и весьма основательные.
– Мне нужно попить…
– Ну, ладно, коли так, следуй за мной.
И Страж решительно зашагал прочь, его одеяние развевалось на ветру. Перед колоннами он остановился и оглянулся на Олтона.
– Сюда.
Олтон на четвереньках пополз за ним следом. Странное дело, на камнях собралось огромное количество пыли, что, в принципе, было невозможно под открытым небом. Под руки ему попадались разбитые черепки глиняных трубок, пара-тройка пуговиц и даже крупная металлическая пряжка. Все найденные предметы, очевидно, остались от поколений Хранителей, когда-то трудившихся в этой невероятной башне.
Вслед за Мердигеном он миновал колонны, и все вокруг снова изменилось: мир потускнел, взамен солнца на небе появилась полная луна. Теперь его окружали каменные стены, трава из-под ног куда-то исчезла. Знать бы еще, куда?
Олтон бросил взгляд через плечо. Он увидел череду колонн, охватывавших середину зала и поддерживавших потолок. Приметные арки тоже сохранились, но теперь они были встроены в стены. Вместо горизонта за ними чернела беспросветная темь.
Столик Мердигена с неоконченной партией в «интригу» уютно притулился возле стены. А в самом центре помещения стояла знакомая тумба с турмалиновым камнем, над которым парило облако нежнейших сине-зеленых оттенков – казалось, оно вобрало в себя все краски неба и молодой травы.
Пот заливал глаза Олтону, и он машинально стер его рукавом. В голове все перемешалось, Всадник уже не понимал, где кончалась реальность и начинались иллюзии. О Боги, промелькнула мысль, должно быть, я очень, очень серьезно болен.
А Мердиген, пройдя еще немного, остановился перед каменным корытом, выдолбленным в стене. Там он стоял, сцепив руки за спиной, и терпеливо поджидал своего спутника. Олтон подполз и замер, прильнув горячим лбом к прохладному полу. После короткой передышки он собрался с силами и с трудом, цепляясь за стену, поднялся на ноги. Как только он прикоснулся к каменной чаше, изо рта украшавшей ее медной рыбки забили струйки. Они падали в углубление, наполняя корыто чистой прохладной водой.
Олтон с изумлением уставился на старика.
– Это реально?
– Попробуй сам.
Всадник подставил руки под текущую воду. Она была прохладной, мокрой и, несомненно, реальной. Сомневаться в этом не приходилось, несмотря на всю лихорадку Олтона и его периодические выпадения из действительности. Принюхавшись и не обнаружив никакого неприятного запаха, он решился. Набрал воду в сложенные чашечкой ладони и с наслаждением припал к ним. Он пил и пил – расплескивая воду, заливая подбородок и грудь – пока не стихло нестерпимое жжение в горле. Затем выпрямился, без сил привалившись к каменной чаше. Вода капала с его подбородка. Она сделала свое дело: утолила жажду и прочистила мозги.
– Это разновидность магии? – спросил Олтон.
– Простейшее заклинание, сотворенное Винтхорпом, – пояснил Мердиген. – Для удобства Хранителей он устроил подобные корыта в каждой из Башен.
