Взгляд Олтона поднялся выше — туда, где над палатками и верхушками деревьев неясно вырисовывались контуры высокой стены. Казалось, она вздымается до самого неба. Посреди многоголосого шума и ярмарочного веселья Всадник замер, ощущая тот же ужас, что и в первый раз, когда он увидел величественное творение далеких предков.
И тут ему стало ясно, зачем пришли сюда все эти люди. Они хотели собственными глазами увидеть легендарную Стену. А образовавшийся в ней пролом делал зрелище еще более захватывающим. Вот она стояла перед ними — свидетель седой старины, непроходимая, как считалось, Стена. Самые могущественные армии останавливались здесь: многие века Стена была неподвластна никому, кроме Богов. Тем сильнее оказалось потрясение, когда выяснилось, что это заблуждение! Настал момент, непроходимую Стену пробили. И сделал это всего-навсего
Олтон глубоко вздохнул, стараясь стряхнуть наваждение. Это было нелегко: Стена цепко держала его в своей власти. Кварцевые прожилки в тесаном камне так ярко поблескивали в солнечных лучах, что Олтон не мог отвести глаз. Он чувствовал себя очарованным. Рука невольно потянулась, будто желая — несмотря на многие ярды, отделявшие его от Стены — прикоснуться, погладить гранитный фасад.
— Ай! — воскликнул Терал. — Олтон, он меня толкнул!
— А вот и нет!
— А вот и да!
Всадник со вздохом оторвал взгляд от далекого строения. По сути дела, он был даже благодарен мальчишкам за предоставленную передышку. Разыскать палатку дяди Лэндрю оказалось делом несложным — самая большая, к тому же, расположенная в самом центре. Сине-красно-золотой штандарт Д'Йерской провинции с совой — личным гербом Лэндрю, плескался на ветру.
Бросив строгий взгляд на своих юных спутников, Олтон направился к жилищу родственника. Подойдя, он перепоручил пони заботам слуги, а сам помог спешиться Марку и Тералу.
Оба огольца тут же рванули в глубь палаточного лагеря, прежде чем их няня Джайна успела разинуть рот. Почтенная дама с решительным видом подхватила юбки и бросилась в погоню за беглецами.
Хмыкнув, Олтон про себя пожелал ей удачи и передал поводья Ночного Ястреба другому слуге:
— Проследи, чтобы зерно было только самое лучшее. Сегодня ему пришлось немало проскакать.
— Да, милорд.
Олтон откинул полог палатки, и взору его открылась картина: дядюшка сидел в раскладном кресле, перед ним возвышалась куча бумаг. Он поднялся навстречу племяннику:
— Добро пожаловать!
— Благодарю вас, милорд.
Они обменялись рукопожатием. Дядюшкины руки, как и его собственные, были сильными и мозолистыми. Руки старого каменщика.
Все Д'Йеры с юных лет приучались к работе с молотком и коловоротом. Марк и Терал приступили к изучению ремесла, едва научившись ходить. Первыми игрушками им служили кубики — не деревянные, а каменные.
От века клан Д'Йеров поставлял Сакоридии несравненных каменщиков. Среди их творений были академические здания Селиума и королевский замок в Сакоре.
Лэндрю отослал слуг за напитками и закуской, а сам, как и племянник, расположился в креслах друг напротив друга.
— Ты привез мне послание от короля? — поинтересовался дядя. — Или прибыл помочь своему клану?
— И то, и другое. Король Захарий пожелал, чтобы я осмотрел Стену как его посланец и поддержал вас в работе. Само собой разумеется, я готов оказать любую помощь, какая понадобится.
Лэндрю кивнул и испытующе поглядел на племянника. Несомненно, он прикидывал: кто перед ним в большей степени — человек короля или член их клана. Для самого Олтона это было неразделимо.
— Знаешь, порой трудно бывает определить: кому же ты служишь… глядя на тебя в этой зеленой форме.
— Я служу Сакоридии и ее народу, дядя, — ровным голосом отвечал Олтон. — И неважно, ношу я зеленую форму королевского посыльного или же одежды наследника клана Д'Йеров.
Его слова имели целью напомнить Лэндрю о том, что однажды тот будет вынужден принести клятву верности своему племяннику. В тот день, когда Олтон станет единственным лордом Д'Йера и вождем клана.
Похоже, они возымели действие, потому что дядюшка притих и успокоился. После этого двое мужчин расслабились и, пока слуги ставили на стол свежий хлеб, ячменный отвар, холодное мясо и маринованные овощи, обменивались вежливыми замечаниями о погоде и путешествии Олтона.
Всадник бросил беглый взгляд на бумаги, разложенные на краю стола. Они представляли собой схематические рисунки Стены, содержащие подробные замеры — но только со стороны Сакоридии: Блэквейл изображался пустым пятном. Здесь же присутствовала масштабная карта границы с обозначением сторожевых башен — их расположение и наименование.
