Я удивленно обернулась, но, столкнувшись с тем же хмурым, предельно серьезным взглядом, с трудом сдержалась, чтобы не застонать. Конечно же, никто не стал перечить Хранителю, и я поплелась следом за ним в созданный портал. Оказавшись в знакомом кабинете, я сцепила руки за спиной и уставилась в пол. Не то чтобы я раскаивалась… Но было неприятно осознавать, что он снова будет думать обо мне, как о взбалмошной негодяйке, которой лишь бы правила нарушить. Но все изменилось, когда на мою щеку неожиданно, но осторожно легла ладонь Адриана.
Я с широко распахнутыми глазами подняла голову и посмотрела на Хранителя. Сейчас весь его облик изменился, и во взгляде серьезность сменилась беспокойством. У меня в животе снова началось танго пьяных бабочек.
— Ты точно в порядке? — тихо уточнил Адриан. У меня чуть челюсть не отпала, а Хранитель, воспользовавшись моим замешательством, убрал ладонь и осторожно взял мою руку. Казалось, без его тепла моя щека покрылась инеем. Опустив взгляд, я, все еще одурманенная этим неожиданным проявлением внимания к моей не очень скромной персоне, не сразу поняла, в чем дело. Потом мой взгляд стал трезвее, и я неохотно забрала свою руку, накрыв другой ладонью бинт.
— Все хорошо. Это… меня просто заставили его надеть, как только мы вернулись, — сказала я. Адриан еще пару мгновений внимательно смотрел на меня, а потом отошел к столу. Беспокойство прошло — включилась правильность? Ну почемууу?..
— Ты и правда переместилась прямо в воздухе? Смогла почувствовать грани? — спросил Хранитель, оперевшись на стол. Но небрежности в позе не ощущалось, скорее какое-то напряжение.
— Да, я… Когда-то у меня получалось нечто подобное, но не на такой высоте. А там, — я пожала плечами, — обязано было получиться. Адреналин все-таки.
— Адреналин… — каким-то странным голосом повторил за мной Адриан, но больше ничего не добавил. Я воспользовалась этим моментом, чтобы искоса рассмотреть его. Он, как всегда, был красив. Сегодня на нем был темно-синий камзол и черные брюки. Волосы цвета меда делали его лицо светлым, а вот напряженный взгляд наоборот — оттенял. Голубые глаза казались неспокойным морем.
— Хорошо, можешь идти. И впредь будь осмотрительней, — произнес в итоге Адриан, и рядом со мной открылся портал. Ну это надо было, а? Как говорится, а начиналось так красиво… Я насупилась и быстро шагнула в переход, не попрощавшись. Надеюсь, Хранитель не заметил мое изменившееся выражение лица.
Остаток дня я откисала в ванной и гостила у Ники. Мы обсудили все, что только можно, она отчитала меня за то, что я не выдала Джесси с потрохами, и сказала, что он идиот. Я не отрицала. Когда мы перешли к обсуждению Адриана, у меня начались скачки настроения: то я защищала его, то сама ругалась на правильность Хранителя.
А на следующее утро нам с Джейсоном вынесли приговор — мы поступаем в распоряжение леди Берти на три дня минимум, а потом все будет зависеть от наших успехов. Для справки: леди Берти — наша фея чистоты всея Академии. Ну вообще она не фея, а полукровка (с кровью эйрийца и эльфа). И именно эльфийские гены толкают ее на подвиги ради чистоты. Теперь на них будут толкать нас. Причем тряпкой по спине в случае промедлений или отлынивания на рабочем месте. Мне до сих пор казалось странным, что эльф, пусть и наполовину, работает по сути уборщицей в Академии. Я знаю эту расу очень хорошо, поэтому леди Берти для меня — феномен. Феномен, который только что обозначил нам территорию уборки на сегодня — весь холл! Жизнь несправедлива.
Получив указания прийти за инвентарем после пар, мы с Джесси поплелись в аудиторию. Я начала усиленно скучать по своему архиву, где надо было всего-то убрать один стеллаж. Ветра, мило общавшаяся с Гладриэлем, заметила нас и сразу распрощалась с парнем.
— Ну что? — спросила она, отпихивая Джейсона, чтобы сесть рядом со мной. Я пожала плечами.
— Работа с Берти.
— Бедняжки, — посочувствовала подруга, а потом к нашему столу начали подходить одногруппники, чтобы расспросить у меня про то перемещение. Я отшучивалась, что разорвала пространство случайно — всплеснув руками от страха. Все улыбались в ответ, зная, что я лгу. Но рассказать им больше было нечего. Когда зашел магистр Линдон, все смолкли и быстро разошлись по местам под его грозным взглядом. Я раскрыла тетрадь, но вместо лекции задумчиво водила ручкой по полям, вырисовывая рандомные узоры. Перед глазами то и дело всплывало лицо Адриана, вспоминалось, как он положил мне руку на щеку… Я мотала головой, пытаясь выбросить все это из головы, пока Ветра не одернула меня. И вовремя — Линдон, сощурив глаза, смотрел в нашу сторону, но, благо, ничего не сказал.