– Чай стынет. – сказал мужчина, неожиданно в ответ услышав
– Пофиг.
Александр усмехнулся.
– Тогда я съем торт без тебя. – он шире улыбнулся, снова наткнувшись на её злобу
– Делай что хочешь.
– Что хочу? – тихо сказал мужчина, сужая глазки. Залезая на кровать, он навис над девчонкой, убирая её волосы за ухо. Малышка в недоумении повернулась на него и воскликнула
– Эй!
Александр наклонил голову, стукаясь лбом об её лоб
– А может я хочу этого?
– Не надо! – Катя убирала голову, но Александр в этом случае целовал её шею, а руки начинали опускаться на её талию. В панике малышка сказала, сдаваясь
– Ладно, хватит!
Александр с победной улыбкой поднял голову, вглядываясь в её испуганное, покрасневшее личико
– Отлично. Теперь выслушаешь меня? – он перестал улыбаться, и только когда она кивнула, слез с кровати.
Раздосадованная, Катя поднялась следом и сидела, пока мужчина объяснял то, что случилось между ним и Рейчел. Малышка внимательно слушала, но ей всё равно не давало покоя то, что он сделал.
– Что теперь скажешь? – Александр внимательно изучал её задумавшееся лицо. Катя молчала минуту, гладя шерсть Дио, устроившегося на её ногах.
– Не знаю… мне грустно. Ты мог по-другому её уговорить наверняка…
– Не мог. Не умею, и это единственное, что ей нужно было. – Александр сказал уверенно. Впрочем, Катя ему поверила, ведь Рейчел очень сильно любила привязалась к нему, чего ей ещё надо…
Малышка подняла глаза на Папочку. Они были грустные, с сомнением, но уже не таким ярким
– Ты точно не любишь её?.. – Катя с надеждой посмотрела на его лицо, покраснев от контакта глазами. Мужчина, смотря на неё, немного наклонился и пальцем провёл по её щеке
– Я бы убил её ради тебя. И сделаю, если захочешь. – он опустил глаза на её губы, слабо нахмурившись, сомневаясь в последних словах. Вряд-ли он убьёт настолько преданную собачку: слишком полезна для грязной работы.
Катя слабо улыбнулась. Теперь верит! Потянувшись к мужчине, малышка обняла его за шею, радуясь, что он на самом деле не хотел спать с этой мерзкой сукой.
Дио пролез между ними, устраиваясь на бедре Александра мордочкой с зевком.
Котёнка пришлось подвинуть, потому-что мужчина пошёл за чаем и тортом. Устроившись на кровати, у стенки, Александр и Катя поедали ложками тортик, запивая его чаем. Они также дали кусочек очень заинтересованному сливками котёнку, и он с радостью начал лакомиться угощением.
– А ему можно? – Катя беспокоилась о реакции его организма на торт. Мужчина наблюдал за тем, как глупо кот пачкает себе морду в сливках
– Не отравится. Надеюсь. – мужчина поднёс чашку ко рту, а Катя с недовольством глянула на него.
Торт был очень вкусным. Воздушный, с клубникой внутри, таял во рту… это считалось сладостью, так что Папочка не разрешал злоупотреблять тортами. Но они отмечали, так что он, видимо, не против.
Они молчали какое-то время, а после малышке захотелось поговорить. Она опять устроила мужчине интервью, и он отвечал довольно охотно, даже на стрёмные вопросы.
Но на один вопрос он так и не дал ответа
– А кто был первым, кого ты убил? – малышку почему-то интересовал этот вопрос. Наверное, потому-что Папочка не всегда был убийцей, и когда-то он сделал первое убийство, и наверняка он что-то чувствовал, кроме безразличия, как сейчас. Кате было интересно узнать, как именно он стал тем, кем является.
Мужчине вопрос не понравился от слова совсем. Он предпочёл проигнорировать его, стараясь увлечься поеданием торта, но в голове прорывались обрывки воспоминаний.
– Эй? – Катя ткнула его локтем, и мужчина замер. Катя ждала ответ, смотря на его лицо. Он что, не услышал?
Александр повернул к Кате голову, и в его взгляде она увидела что-то недоброе… он с угрозой смотрел на неё. Молча. Его взгляд пробирал по самые кости, и ей стало очень неловко. Отведя глаза, Катя сказала
– Ладно… извини. – малышка куснула торт. Она не поняла, почему он резко стал таким отстранённым. Может, это был слишком плохой вопрос? Катя пыталась придумать, как бы сгладить ситуацию, но ей не пришлось: Александр сам подал голос, уже спокойный, как его лицо
– Я не помню. – соврал мужчина, с тяжелым взглядом смотря куда-то в сторону. Катя глянула на него, не ожидая услышать ответ. Немного подумав, заметив, что у него хмурые бровки, Катя сказала
– Ну ладно. Ничего страшного… может, это даже и к лучшему. – Катя неуверенно улыбнулась, когда Александр на неё посмотрел. Он горько усмехнулся, мысленно с ней соглашаясь. Он бы был счастлив забыть тот момент, когда он воткнул нож в свою жену. Кошмары не стихают уже пятнадцать лет, пусть с появлением Кати их стало значительно меньше.
Мужчина, в задумчивости продолжая смотреть на Катю, заметил на её уголках губ сливки. Он слабо улыбнулся
– У тебя сливки на губах. – он словил её взгляд, и Катя подняла руку, чтобы стереть их, но Александр остановил её. Катя в недоумении глянула на него, а потом увидела, как он нагибается.
