Для него время течет иначе. Каждая секунда может оказаться последней. Знал ли он, когда соглашался, что плата окажется так высока? Она — его спасение. Он — ее проклятие.
Они стояли друг против друга. Одна в простенькой ветровке с полураспустившейся косой, джинсах и кроссовках. Вторая — в голубом платье с пышными юбками, изящная и невесомая. Хорошенькое личико обрамляли локоны, водопадом стекавшие до тонкой талии. Первая казалась чуждой пропитанным роскошью и богатством стенам замка, вторая — выглядела хозяйкой положения.
Девушка в джинсах скривила губы в деланной усмешке.
— Я так понимаю, что жаловаться на собственную глупость бессмысленно? Тогда я упрощу вопрос. Что тебе нужно от меня?
Красавица оставалась спокойна, как море в штиль.
— Мне жаль говорить тебе об этом, но все, что мне нужно я могу взять сама. А нужна мне ты.
— Почему ты думаешь, что я стану тебе помогать?
Марсали провела тоненьким пальчиком по изразцу камина, возле которого стояла. Белый шелк перчатки и камень цвета бордо странно гармонировали между собой.
— Ты не поняла меня. Мне не нужна твоя помощь. — она подняла на нее глаза, блеснувшие малахитом в полумраке. — Мне нужна ты. И еще юноша со странным именем.
— Ты говорила, что должна разбудить близкого тебе человека. Или это тоже была ложь?
— Это как раз правда. Просто ты не совсем поняла: какая помощь от тебя нужна, а я не стала тебя поправлять.
Марсали, или точнее леди Марсали, изящно опустилась на диван и только тогда заговорила, подняв на нее свой пугающий взгляд. Кэт слушала ее и ей казалось, что она попала в кошмар, из которого нужно бежать. Бежать, как можно быстрей.
— Некоторое время назад мой старший брат попал в ловушку, расставленную кем-то настолько могущественным, что ему почти удалось погубить его. На него напали после ритуала и пытались вырвать дар. И у них получилось это прежде, чем подоспела помощь. Но удержать его им оказалось не по силам. Дар раскололся. Брат успел переправить его в ваш мир вместе с частицей себя потому, что так было безопасней. Но сам впал в сон. И если не вернуть все назад, то он никогда не очнется.
— Хорошо, — вздохнула Кэт, — я тут при чем?
— До сих пор не поняла? Вы с Каем и есть его дар. И его спасение.
Девушка почувствовала, как воздух застрял в горле и стало трудно дышать от осенившей догадки.
— То есть ты хочешь убить нас, чтобы твой брат жил?
Марсали хладнокровно возразила:
— Я всего лишь возвращаю все на место. Как я могу убить тебя, если ты и есть он?
— Только я жила восемнадцать лет в своем собственном теле и меня это устраивает! Почему бы ему не подождать еще лет шестьдесят, пока я не помру от старости, и пусть тогда забирает!!!
Ее губы чуть тронула улыбка — леди оценила юмор.
— К сожалению, не все так просто. Это не длилось восемнадцать лет. Здесь время течет иначе.
— То есть ожидается, что я спокойно сложу лапки и приму эту чушь, как реальность? — недоверчиво переспросила Кэт.
Белокурый мужчина, до сих пор молча стоявший в стороне, мягко заметил:
— Вы всего лишь вынудите нас применить силу. И поверьте, в этом мало приятного.
Кэт произнесла пару фраз, не принятых в обществе, хотела еще добавить, но захрипела. Красавец поднял руку и сжал пальцы, он не приближался к ней, но девушка чувствовала, как воздух медленно вытекает из легких, пока она не упала на колени и не заскребла пальцами по ковру. Хватка исчезла. В его ледяных глазах не отразилось не искры чувств, сквозь шум в ушах она услышала спокойный голос:
— Не пристало юной леди выражаться подобным образом. Это пустяк, по сравнению с тем, что может случиться. — преодолев расстояние, разделявшее их, он присел на корточки, девушка дернулась в сторону, глядя на него слезящимися глазами, но лорд всего лишь протянул ей платок. — И запомните, за подобное оскорбление в нашем мире убивают сразу. Даже аристократы не осмеливаются произнести нечто подобное среди семейств Высшего круга. Считайте произошедшее маленьким уроком.
— Думаете у меня будет время его усвоить? — горько усмехнулась Кэт.
— Ну зачем же ухудшать ваше положение? — спокойно ответил он, — это неразумно, а вы не производите впечатления глупой женщины.
Марсали Мерган встала.
— Рейн, проводите нашу гостью в ее комнату. И будьте добры, объясните ей правила. Потому, что я не буду столь добра, как вы. — она перевела взгляд на Кэт. — Дороже брата у меня никого нет. Перед тем, как захотите встать мне поперек дороги, хорошенько подумайте.
Кэт остановилась.
— А как же второй? Ради него вы на что готовы?
Марсали смотрела на портрет над камином.
— Как вы думаете: почему я не убрала его отсюда?
Девушка молчала и леди Мерган ответила сама.
— Чтобы он больше не смог войти в эту дверь. Он мне не брат. Он — чужой, случайно оказавшийся одной со мной крови.
Кэт словно прислушивалась к чему-то внутри затем негромко сказала.
— А ведь он любил вас. Вас и брата. И не мог понять за что вы не любите его. И ждал.
На локоть легла рука с длинными аристократическими пальцами.
— Идемте, леди. Вы вмешиваетесь в то, о чем о совсем не имеете представления. Все началось задолго до вас. И не вам судить об этом.
Девушка дала себя увести, но уже в коридоре не выдержала:
