Морис – сын главного Наставника культа в городе, где жизнь без религии невозможна. Отношения между отцом и сыном не складываются. Морис должен стать следующим Наставником, но его стремление к свободе угрожает разрушить устои, которые так долго выстраивал отец.
Каждый духовный Наставник в Рейвентауне должен мастерски делать три вещи: деньги из воздуха, виски из воды и грех из любого поступка. Такого мнения придерживался Гилмер-главный Наставник города. Сам же он, не ограничиваясь столь скромным набором умений, мастерски играл в карты, терроризировал свою семью и скрывал свои пороки от горожан.
Сам Рейвентаун соответствовал своему владельцу. Старый город давно искоренил цивилизацию, оставшись во власти религиозного культа и поддерживая связь с внешним миром лишь через Наставника, городничего и небольшую администрацию. В то время, как в столице строились ракеты и запускались в космос спутники, в нескольких километрах от неё кланялись статуям богов и чтили святость кленовых деревьев. Здесь многие десятилетия царили жестокие традиции. Гилмер всегда придерживался главного правила культа, извращенного им до безумия. В то время как культ призывал ненавидеть лишь тех, кто не придерживается его идей, Наставник ненавидел всех без разбора.
Держа на руках трехлетнего малыша, Луис смотрел как Гилмер расправляется с очередным незаконнорожденным. Это был мальчик лет двенадцати. Тайна его рождения раскрылась совсем недавно и привела Наставника в бешенство. Гилмер держал юношу за плечо и почти криком объявлял в чём тот виноват. Рядом с ними, раскрытая на нужной странице, лежала Книга Пустоты – руководство к действию для Наставников. Толпа под импровизированной сценой громко вторила ему. За сценой росли полукругом священные клены Рейвентауна. Под порывами ветра их ветви шумели, заставляя Наставника говорить громче. Рядом с Наставником стояли родители мальчика. Женщина плакала. Луис знал, что, закончив с речью, Гилмер поставит их перед выбором: отречься от культа и уйти вместе с сыном или же позволить убить ребёнка в обмен на прощение. Гилмер говорил уверенно. Он понимал и какое решение примут родители. Как бы они ни любили своего сына, влияние культа было слишком велико. Отказаться от него люди не смогут. Этим Гилмер будет доволен, но даже после расправы не даст провинившимся жить спокойно. Все их имущество будет отнято в пользу культа, а вход в Обитель закрыт.
Гилмер замолк, давая родителям время на раздумья. Ветер резко стих, и клены застыли, будто ожидая решения вместе со всеми. Луис крепче прижал ребёнка к себе, будто боясь за него. Он не удивился, когда мужчина и женщина при торжествующих звуках толпы отреклись от сына. Гилмер довольно усмехнулся. Когда на сцену вышли два человека, чтобы увести мальчика, мать всё же кинулась к нему, но Наставник остановил её. Дальше Луис смотреть не смог. Не спуская ребёнка с рук, он стал протискиваться сквозь кричащую толпу к выходу с площади. Под осенними тучами он прошел по узкому тротуару ловко перескакивая через заполненные водой ямы. Серые покосившиеся дома будто смотрели на него с неприязнью. За поворотом показалась огромная Обитель, в которой проводит службы Гилмер. Белоснежные стены и огромная статуя Демиурга перед входом ужасали после всего, что произошло на площади. При мрачности дня казалось, что само верховное божество смотрит на город с отвращением.
Из парка до них всё ещё доносились громкие звуки собравшихся. Луис посадил мальчика на скамейку и сел рядом. Сын Гилмера тут же издал недовольный писк, просясь обратно на руки. Молодой человек улыбнулся и выполнил просьбу, сопроводив её поцелуем в лоб. Мальчик радостно засмеялся и чмокнул его в ответ.
Некоторое время они сидели молча. Ребенок начал засыпать, а Луис глубоко ушёл в свои мысли. Он думал о том, что произошло. Показательные расправы Гилмер устраивал не впервые и с каждым разом люди воспринимали их всё радостнее. За несколько месяцев в качестве главного Наставника Рейвентауна он избавился от десяти человек. А ведь это было только начало. Луис знал Гилмера давно, чтобы утверждать это. Новый Наставник умело играл на людской жестокости, превознося одних и унижая других. Даже его отец на этом посту не был настолько жесток.
Из раздумий Луиса выдернул знакомый голос. Гилмер подошел незаметно, так, что молодой человек вздрогнул от неожиданности. Наставник был спокоен, будто сцены на площади не было вовсе.
–Я знал, что найду тебя здесь.
Луис резко обернулся и зашипел, указывая на спящего ребёнка.
–Не надоело с ним возиться?
–Это безопаснее, чем оставлять его с собственным отцом.
Гилмер криво усмехнулся.
Несколько секунд оба стояли молча. Луис заговорил первым.
–Считаешь, что поступил правильно?
–Людей нужно держать в строгости и это один из способов. Таких выродков нужно вышвыривать из Рейвентауна.
–Почему?
–Потому что незаконнорожденных не любили никогда. Самая лёгкая добыча, чтобы впечатлить консервативных олухов.
–Самоутверждаешься за счёт своих людей?
