Неля повертела в руках листок, аккуратно сложила и вернула мне.
– Ну как? – спросила я.
– Хорошее письмо, – одобрила она.
В бумажном кулечке осталась последняя алыча. Неля благородно протянула ее мне.
– А знаешь чего? Давай мы просто позвоним Изольде и прочитаем твое письмо. У тебя есть ее номер?
– Нет, но дома есть. В блокноте.
– Мы можем заказать разговор. По межгороду. Я знаю, как это делается. Пошли?
– Пошли. То-то Изольда обрадуется.
Заказать разговор по межгороду удалось сразу – почему-то тетечка-оператор с телефонной станции совсем не удивилась тому, что ей звонит маленькая девочка. Она уточнила время разговора – десять минут, и велела ждать.
– Главное, чтобы мы успели до того, как вернется с работы мама, – беспокоилась я. Почему-то мне казалось, что мама будет не в восторге от нашего звонка.
– А когда она придет?
– В четыре.
– Времени много, – махнула рукой Неля.
– Важно, чтобы ты успела зачитать Изольде письмо. За десять минут справишься?
– Справлюсь!
Время до междугородного разговора мы провели с пользой – пообедали и даже сделали математику. Только взялись за чтение, как зазвонил телефон.
– Отвечайте Тбилиси, – велела тетечка.
Я прижала трубку к уху. На линии раздавались шорохи и какие-то еще звуки – словно кто-то методично заколачивал гвозди.
– Але! Изо? – заорала я.
– Але! Это кто? – отозвалась Изольда.
– Это я! Наринэ!
– А! – почему-то не удивилась Изольда. – Чего звонишь?
– Прочитать тебе письмо!
– Читай!
Я быстро зачитала ей текст письма.
– А что на рисунке? – спросила Изольда.
– Гвоздики. Речка. Мостик.
– Спроси про речку, – шепнула Неля.
– Изо, а у вас в Тбилиси есть речка?
– Есть. Большая и красивая.
– Скажи, что наша красивее, – встрепенулась Неля.
– Наша красивее! И у нас рыбы много!
– Можно подумать, – фыркнула Изольда, – зато по вашей речке катера не ходят!
– А что, по вашей ходят? – расстроилась я.
– Чего она говорит? – полюбопытствовала Неля.
– Говорит, что по их речке катера ходят.
Неля прижалась щекой к моей щеке и заорала в трубку:
– Зато ваша речка вонючая! В ней небось какашки плавают!
– Это кто? – удивилась Изольда.
– Это моя подруга Неля, – внесла ясность я.
– Скажи Неле, что какашки у нее дома плавают. В ванне.
– Что она говорит? – никак не унималась Неля.
– Говорит, что какашки у вас дома плавают. В ванне! – честно призналась я.
– Ах так? – Неля вырвала у меня трубку. – Слышь, ты, дура! Чего? Чего-о-о-о-о? От такой слышу, ясно? Сама ты дура, и жопа у тебя большая, в дверь не пролезает, ясно?
– Продлевать будете? – вклинилась в светскую беседу оператор. – Десять минут истекли.
– Еще десять минут, – велела Неля и набрала побольше воздуха в легкие. – Вонючка!
– Неля, это ты? – насторожилась оператор.
– Ой, мамочки, – осеклась Неля и бросила трубку.
– Чего «мамочки»? – удивилась я.
– На станции наша соседка работает. Она меня по голосу уз…
«Дзы-ы-ынь, – зазвонил телефон, – дзы-ы-ынь!»
– Не бери, – вцепилась в мою руку Неля. – Это соседка звонит, я знаю.
«Дзы-ы-ынь, дзы-ы-ынь», – не умолкал телефон.
– Пойдем отсюда. Чтение сделаем у меня. – И Неля побежала к входной двери.
Я зачем-то накрыла надрывающийся телефон диванной подушкой и вылетела за ней из дома. Уходили мы зад ними дворами, чтобы не попадаться на глаза моей маме. О том, что оператор телефонной станции может позвонить Неле домой, не догадались. За что и поплатились. То есть поплатилась Неля, а я переминалась с ноги на ногу, прижимала к груди учебник и с ужасом наблюдала, как мама Нели тетя Земфира выкручивает ей уши.
– А-а-а-а-а-а-а, – орала Неля на одной ноте, но попыток вырваться не делала.
– Хочешь без уха остаться? – приговаривала тетя Земфира. – Хочешь?
Вдоволь оттаскав дочь за уши, она велела идти в комнату.
– И не выходи оттуда, пока не сделаешь все уроки, ясно? – крикнула она ей вслед.
– Ясно, – всхлипнула Неля.
Я увязалась за ней, но тетя Земфира преградила мне дорогу.
– Иди домой, деточка. С тобой твоя мама поговорит. Я ей уже позвонила и все рассказала.
– Хорошо, – пискнула я и поплелась домой.
Шла очень медленно, останавливаясь у каждой травиночки, каждого цветочка. Провожала туманным взглядом полет птиц. Пересчитывала облака. По ступенькам веранды поднималась как на плаху. Прощалась с жизнью.
Дома все было как обычно: мама возилась на кухне, младшая сестра Каринка разбирала на запчасти свой велосипед.
Я встала на пороге кухни, вздохнула:
– Мам!
– Чтобы без моего ведома никуда больше не звонила, ясно? – обернулась ко мне мама.
– Ясно!
– Иди мой руки, сейчас есть будем.
– А мы с Нелей уже поели, – зачастила я. – Суп с хлебом. Еще сыра поели. И огурцов.
– Неле сильно досталось?
– Сильно.
– В следующий раз и тебе достанется. Ясно?
– Ага!
Мама перевела взгляд с меня на Каринку.
– Надеюсь, вы будете послушными девочками. Я так устаю в школе, что на ругань с вами у меня просто не остается сил.
– Мы будем очень послушными девочками, – кивнула Каринка и с шумом отодрала руль велосипеда.
