Мне сказать Киру спасибо за то, что он порвал этого человека? Обойдется! Второй убегал, нахлестывая взмыленного коня. Кир-пес растерянно стоял перед Иоханной, которая дезертировала в обморок, и, кажется, не знал, что делать - то ли охранять бездыханное тело невесты своей бывшей, то ли догонять беглеца. Я с улыбкой смотрел вслед улепетывающему человеку. Убить его я успею. Это даже не займет много времени и сил. Достаточно будет простой воздушной волны, которая собьет его с лошади. Учитывая, с какой скоростью он спешит убраться отсюда, падение вряд ли для него успешно завершится. Хочу ли я его видеть с поломанной шеей? Нет. Это слишком просто.
- Не убьешь его? - спросил пес.
Я пожал плечами, подхватил Иоханну на руки и активировал заклинание возврата, которое несколько минут назад вошло в силу. Очень вовремя! Здесь нам больше делать нечего.
А что касается этого беглеца, то пусть себе бежит. Долго ли он проживет, привороженный к мертвой женщине? Такие умирают долго и мучительно. А приворот к покойной не возьмется снимать ни один маг. Ну, вот разве что Кардагол смог бы. Только я сомневаюсь, что он станет утруждаться.
Глава 18
- Привет, мама, - с дурацкой улыбкой изрек Шеоннель и начал заваливаться на бок.
Пришлось поймать ребенка и уложить его голову к себе на коленки. А он стойкий - дольше всех продержался и вот только теперь свалился. Да и то подозреваю, что это он с перепугу, при виде мамаши своей.
- Что все это значит? - спросила Лиафель.
Ледяная маска с ее лица слетела, и она совершенно квадратными глазами уставилась на Шеоннеля, который с блаженной улыбкой свернулся калачиком на полу, зарывшись лицом в подол моего платья.
- Да ничего особенного. Мы тут просто немножко отпраздновали возвращение блудного сына, - я хихикнула, - не хочешь присоединиться?
- Вальдор! Что это за безобразие? Она напоила нашего сына! - звонко цокая каблучками, эльфийка подлетела к столу, принюхалась и сморщила свой красивый носик. - О! Она его напоила гномьей водкой! Ни один эльф не опускался до того, чтобы пить водку этих грязных карликов!
- За карлика ответишь! - это очнулся Пардок и решил вступиться за честь своих друзей - гномов.
- Кто это? - зашипела Лиафель.
- Это мой брат, - кажется, Вальдор заразился от эльфийки хладнокровием, еще немного и он ее просто заморозит своим ледяным тоном.
- У тебя не двор, а бордель! А эта что за белобрысая шлюха?
К счастью ни "белобрысая шлюха" (то есть Брианна), ни ее вновь уснувший сын, этого не слышали, а то пришел бы Лиафельке незамедлительный мандоса трындец.
- Это вдовствующая королева Брианна.
Вальдор был все так же холоден, а эльфийка все больше распалялась. Шагнула ко мне и, сверкая на меня глазами сверху вниз, потребовала:
- Немедленно отпусти моего сына, ты... ты...
- Опять забыла, как меня зовут? - вкрадчиво спросила я, многозначительно помахивая тапком.
- Княгиня Эрраде, отпустите моего сына! - процедила Лиафель.
- Вообще-то, я его не держу, - возразила я, нарочно погладив Шеоннеля за ушком, от чего он довольно заворчал и заулыбался, не просыпаясь.
- Вальдор, сделай что-нибудь! - взвизгнула эльфийка.
- Да, Валь, сделай что-нибудь, - поддержала я, - например, заткни эту свою блудную жену и подумай еще раз над моим предложением насчет прикапывания ее в саду.
- Вальдор!
- Хватит, Лиа, не начинай скандал.
- Но она... наш сын...
- Мальчик расслабился, выпил. Это нормально, - король повернулся ко мне, - Дусь, ты... ну в общем спасибо, но...
- Не стоит благодарности, - перебила я и, назло Лиафельке начала перебирать шелковистые волосы Шеоннеля. А он в пьяной улыбке расцвел и мурлыкнул:
- Дульсинея.
А потом еще что-то добавил, к сожалению, на эльфийском языке. Я ничего не поняла. А вот Валь с Лиафель поняли. Он удивленно на меня посмотрел, а она аж задохнулась от ярости.
- Как мило.
Я едва не подпрыгнула, услышав голос Терина. Впрочем, прыгать из сидячего положения, когда на коленях покоится голова спящего полуэльфа, как-то не того.
- Теринчик, и кто это тебя научил подкрадываться? - ехидно спросил я.
- А кто Вас, Дульсинея, учил спаивать малолеток и...
Тут Терин меня удивил до смерти! Он перешел на совершено нормальный тон и даже позволил себе выказать какие-то эмоции при посторонних!
- Какого хрена здесь происходит? Почему этот мальчишка спит у тебя на коленях и признается тебе в любви?
- Наверно потому что я такая вся из себя красивая, - томно пробормотала я и послала Терину невинную улыбку.
Он шагнул к нам.
- Терин, - настороженно окликнул Вальдор, кажется, решив, что мой супруг сейчас в приступе ревности будет убивать меня, а заодно и Шеоннеля.
Терин проигнорировал Валя, присел на пол рядом со мной и посоветовал:
- Когда в следующий раз решишь напиться в такой теплой компании, не забудь пригласить меня.
- Ты меня не пригласил, когда напивался в одного как последний алкаш! - парировала я, - и мы с тобой еще поговорим на эту тему. Надо же было такое придумать - я с Кардаголом! И кто ты после этого, Теринчик?
Он наклонился и тихо шепнул мне на ухо:
- Дурак.
