- Сюда идут, - предупредил Шеоннель, смешно дернув острым ухом.
У эльфов слух намного лучше, чем у людей, поэтому я даже не стал сомневаться в его словах, буркнул: "трындец, это Вальдор!" и попытался малодушно спрятаться под одеяло.
- Нет. Животное, - полуэльф прислушался и сделал вывод, - большое животное. Собака, наверно.
- Кир! - шепотом воскликнула принцесса и такое отмочила, что я обалдел.
Она вдруг рванула на себе платье и плюхнулась в нашу кучу малу. Мы с Шеоном оцепенели от такого хода. Однако девочки оказались догадливее, подвинулись, давая ей место и помогая привести одежду в беспорядок. Брюнетка шеоннелева даже бутылку с остатками водки ей в руки сунула, для полноты картины.
До меня, наконец, дошло, что Ханна задумала страшную месть, я потянулся, чтобы помочь ей с платьем, и в этот самый момент в приоткрытую дверь протиснулся Кир.
Вы когда-нибудь видели, как у собаки глаза квадратными делаются? А я вот увидел. Зрелище, скажу я вам, то еще.
Ханне тоже понравилось. Она захохотала. Правда, смех не совсем жизнерадостный получился, но, в общем-то, веселенький такой. А Кир вряд ли прислушивался и выискивал в ее хохоте истерические нотки. Выскочил из спальни как ошпаренный, поджав хвост. А я что? Я блонде моей помог, крикнул полковнику вслед пару ласковых о том, что мы еще не совсем одичали и собак в свои групповые игры не принимаем.
***
Утро раннее, а мне не спится, что неудивительно. Уж слишком многое свалилось на мою несчастную голову. И неприятности в Эрраде, и Лиафель, и эти странные отношения между дочерью и ее женихом.
А когда я не могу уснуть, часто устраиваю себе моцион по дворцу. Стража знает, и знает также, что я предпочитаю оставаться незамеченным. Не нужно меня приветствовать, не нужно со мною разговаривать. Такое вот модифицированное одиночество среди людей. Обычно, погуляв так часа два-три, я успокаиваюсь. Но не сегодня.
Совсем уже было собираюсь вернуться к себе, как меня с ног чуть не сбивает Кир, несущийся откуда-то так, будто ему хвост огнем подпалили.
- Стой! - кричу. Полковник послушно затормаживает. Оглядывается на меня через плечо, но только рычит, скалит зубы и убегает. Ну, ничего себе! Это что за непочтение к моей персоне? И откуда он так летит? Даже любопытно. Где я, кстати? Хм, а тут где-то рядом покои семейства Эрраде. Ну, Дуся, конечно, могла довести беднягу полковника до белого каления, только мне отчего-то кажется, что сейчас постаралась не она. И уж точно не Терин. И кто остается? Пойду-ка я дальше пройдусь. Под дверями, конечно, подслушивать не хорошо, но если очень хочется, то можно.
А мне и подслушивать не надо. Пьяные вопли (что-то про групповые игры) и истеричный смех слышны и отсюда. Выходит, Лин с компанией из Шеоннеля и девушек, не обремененных приличиями, все еще продолжает гулять. Что-то он увлекся. Я видел их на кухне несколько часов назад, хотел высказать свое негодование - все же так вести себя при людях не стоит. Однако Лин, скажем так, словами отправил меня в некую экспедицию. Далеко и в компании непарнокопытных. Но он тогда был настолько пьян, что я понял - говорить что-либо бесполезно. Кстати... По моим расчетам он должен был рухнуть без задних ног еще часов шесть назад. Или уже проспался? И успел довести Кира до белого каления?
Что-то смех этот странный мне знаком. Ханна? А она-то что там делает?!
А дальше я уже забываю про правила приличия, и буквально врываюсь в занимаемую Лином комнату. То, что я вижу, повергает меня в шок. И в бешенство. Полуодетый пьяный Лин, Шеон в таком же состоянии, три шлюхи, но главное - Ханна. Моя дочь! Среди этого борделя - одежда в беспорядке, в руке бутылка, будто так и надо. Как будто именно таким образом обычно проводит ночи моя девочка.
Тогда реакция Кира мне понятна.
- Ой, папа! - говорит Ханна, привставая и роняя бутылку.
- К себе, быстро! - ору я.
- Ваааальдор, - тянет Лин, ухмыляясь, - а Вы-то что здесь делаете?
А у меня уже руки трясутся. Сейчас я ему все объясню.
- Оденься, Лин, и подойди ко мне, пожалуйста, - прошу я.
- Зачем?
- Я прошу тебя, встань и подойди ко мне.
Мерлин-младший, фыркнув, натягивает штаны, набрасывает на плечи рубашку и приближается.
Аккуратно так беру его за плечо и прислоняю к стене.
- Ты что это, гаденыш, делаешь? - тихо произношу я.
- Что я делаю? - продолжая улыбаться, интересуется Лин.
- Ты, - практически шепотом отвечаю я, - вероятно, неправильно понял мою просьбу присмотреть за Шеоннелем. Ты вновь устроил из моего дома бардак. Хорошо. Я в чем-то тебя даже понимаю, хотя учитывая твои отношения с Саффой, я ожидал нечто другое, а уж никак не групповые игры... Впрочем, неважно. Но зачем ты втягиваешь в это мою дочь?
- Она сама втянулась. Я никого ни к чему не принуждал.
- Папа! - кричит Ханна, - не трогай Лина. Я за него замуж выхожу!
Чушь какая! Тоже мне нашла отговорку. Кстати, почему она еще здесь?
- К себе, я сказал! - рычу я.
