— Хорошо. — Цербер сунул руку под пиджак, достал «ПМ», щелкнул затвором и поставил пистолет на предохранитель. — Патрон в стволе. Вам достаточно опустить флажок предохранителя и нажать на спусковой крючок. Сотовый телефон сейчас принесут. Я распоряжусь. Не открывайте двери никому. Еду вам доставят ваши личные охранники. Подумайте над тем, что вам хотелось бы скушать. — Начальник службы безопасности повернулся к Молчуну и Персу: — Пойдемте, займемся записью.
В подвале горел тусклый, как переваренный яичный желток, аварийный свет. Вызвав «начальство», охрана первым делом наладила запасной генератор, затем была извлечена кассета с записью ограбления. Сейчас десяток техников возились у изувеченного контрольного пульта. Цербер и оба его подчиненных прошли в дальний угол, где на раскладном столике громоздилась аппаратура. Молодой парнишка-программист обрабатывал запись. Рядом сидел скучающий верзила-охранник. На коленях у него лежала винтовка.
Цербер подошел ближе, поинтересовался коротко:
— Закончили?
Компьютерщик кивнул:
— Да. Какой именно кусок записи вас интересует?
— Момент ограбления, — ответил Цербер.
— Это я сделал в первую очередь. — Парнишка затарахтел клавишами. — Хотите просмотреть?
— Совершенно верно. Нас интересуют все кадры, на которых видны лица похитителей.
— Лиц практически нет, — заявил компьютерщик. — Только в одном моменте. Да и то не полностью и не четко.
Цербер взглянул на часового, скомандовал тоном, не допускающим возражений:
— Встань у дверей.
Никто из рядовых охранников не знал Цербера в лицо, однако властный голос и жесткая манера разговора подсказали часовому, что перед ним начальство. Верзила вскочил, подхватив «помповик», и послушно затопал к двери. Цербер занял его место. Перс опустился на корточки, Молчун продолжал стоять.
— Покажите момент ограбления, — потребовал начальник службы безопасности.
Компьютерщик щелкнул «мышкой», и экран мгновенно распался на отдельные квадраты.
— Это меню, — объяснил паренек. — Мы можем выбрать одну или несколько интересующих нас камер. Запись идет параллельно, по одному кадру с каждой функционирующей на момент съемки. Затем специальная программа совмещает их, и мы получаем несколько смонтированных дорожек. Каждую запись можно просмотреть отдельно, а мож…
— Не надо ничего объяснять! Просто покажите нам похитителей! — резко воскликнул Цербер.
— Конечно. Как скажете. Мы выберем режим отображения всех движущихся объектов. Наш компьютер позволяет это сделать.
Цербер обреченно вздохнул.
На мониторе возникла черно-белая картинка: пятеро мужчин, направляющихся через холл к входной двери. Изображение было очень четким, хотя и двигалось рывками.
— Караульная смена, — пояснил тихо Молчун.
— Я догадался, — усмехнулся Цербер.
Группа вышла на улицу. Еще несколько секунд тяжелые фигуры часовых маячили за пеленой ливня, становясь все более расплывчатыми, пока наконец не растаяли окончательно. И тут же, без всякого перерыва, в бриллиантовых отблесках воды вновь родились силуэты людей. Программа пропускала временные пробелы, не заданные в параметрах запроса.
— Ага, — удовлетворенно прошептал Цербер. — Вот и наши гости. Смотрите внимательно.
Пять фигур в длинных, до пят, дождевиках подошли к двери. Один из грабителей шагнул вперед, протянул руку. Камера зафиксировала магнитный ключ. Затем картинка вдруг разбилась на две равные половины: снимали обе камеры, установленные в холле. Одна — со стороны лица, вторая — со спины. Похититель, замыкавший процессию, повернулся и снова выбежал под дождь. Экран разделился на три части. Цербер чертыхнулся. Следить за тремя точками одновременно не умеет ни один человек, если только у него нет третьего глаза во лбу. Кадры менялись, экран разбивался на три, четыре, пять, а пару раз даже на шесть частей. Затем соединялся снова. Наконец стоящий у контрольного пульта человек в дождевике ухватил за ствол «мосберг», размахнулся, и… экран погас.
— Это все, — сообщил компьютерщик. — На оставшейся пленке только охрана.
— Кроме них, кто-нибудь приходил в течение вечера? — спросил Перс.
— Возможно, в тот момент, когда отключалось электричество…
— Отключалось электричество? — недоуменно спросил Цербер. — Мне ничего об этом не известно.
— Вечером. Несколько раз, — торопливо пояснил компьютерщик. — На записи зафиксированы перебои. Несколько коротких — от десяти до сорока секунд и один — на две минуты и четыре секунды. Все — в период с двенадцати до двух часов ночи. Скорее всего обычный сбой на линии. Из-за атмосферных помех.
Цербер мрачно взглянул на собеседника:
— Благодарю за пояснения, но я абсолютно в них не нуждаюсь. Меня интересуют только факты. Голые, чистые, сухие факты, а уж осмысливать их предоставьте нам.
— Извините, — ответил тот, обидевшись. — Я хотел как лучше.
— Спасибо. — Цербер посмотрел на Перса. — Дежурная смена была обязана доложить о перебоях с электричеством.
