Так оно даже лучше — сейчас мне метания и паника ни к чему. Лучше пусть постоят в сторонке, пока взрослые дяденьки будут мериться размерами половых органов.
Из глубины пещеры показалась неторопливо идущая фигура. Гоблин и Гражина тут же склонились в поклоне, приветствуя появление выходящего на белый свет человека в рясе монаха и с небольшой сеточкой под капюшоном, скрывающим лицо.
Остановился неподалеку от детей и пана Гашека. Что же, весьма мудро — так я не смогу швырнуть более-менее нормальное заклинание, не поранив детей. Живицу тут особо не задействуешь. Что же, похоже, что пришло время разговоров.
Если, конечно, он не воспользуется тем, что я был без живого щита, и не нападет первым. Тогда придется защищаться… И хорошо бы, чтобы обошлось без жертв.
— Рад видеть тебя, старый друг, — проговорил тот, чью оторванную голову я видел после боя с вампирами.
— Мог бы сказать то же самое, но ты вряд ли поверишь, Радибор, — хмыкнул я в ответ.
— Конечно, мы же ведьмаки — мы никогда не верим на слово, — проговорил мужчина и откинул сеточку с лица вместе с капюшоном.
На меня взглянул всё тот же Радибор. Тот самый, каким я его запомнил с той достопамятной битвы. Даже шрам в виде крестика на виске был тем же самым.
— Время не смогло взять над тобой верх, Радибор, — кинул я.
— Тут ещё некоторые факторы были, Эдгарт, — улыбнулся Радибор. — И время не властно над этими факторами…
— Где гарда Экскалибура? — спросил я напрямик.
— Она в нужном месте, — проговорил сипло бывший друг. — Тебе её не достать…
— Как это не достать? Я уже на месте. Вы сами меня сюда привели, ваша банда. Конечно, надо будет сообщить императору, что в его секретной службе завелась крыса, но это он уже сам пусть решает. Вы же втроем у меня как на ладони, — хмыкнул я в ответ с довольной улыбкой. — Вышли бы сразу, поговорили бы по душам. И вовсе не нужно было бы подговаривать Агнешку подсыпать нам в еду семена чертополоха… Да, она, как любящая дочь, выполнила поручение отца, но некоторая нервозность всё-таки в ней сквозила. И она очень старалась накормить нас большим количеством еды, чтобы как можно больше семян чертополоха оказалось внутри нас…
— Догадался? — хмыкнул гоблин. — Неужели обо всём догадался?
— Я же ведьмак, — покачал я головой. — И даже растертые семена смогу определить по запаху и вкусу. Да, пришлось нейтрализовать с помощью молока и зелья жолодки, так что твоя ветряница не смогла меня задержать воздухом. Да и как видишь, стою сейчас в трезвом уме и твердой памяти, а не как наши маленькие сподручные. Впрочем, так даже лучше — они не плачут и не рыдают при виде убийцы своих родителей…
Радибор склонил голову на плечо и ухмыльнулся:
— Ну да, немного не сдержался. Но это вина мальчишки — не стоило ему проливать кровь соседа. Тогда я был голоден, а кровь на перочинном ножике задурманила мне голову. Я не сдержался…
Я вздохнул:
— Мне жаль, Радибор, что ты превратился в такое…
— Превратился? — хмыкнул бывший друг. — Меня превратили, Эдгарт. И превратили тогда, когда вы бросили моё тело на поле битвы! Вампиры провели ряд опытов над теми, кого смогли собрать, и моё тело оказалось самое подходящее для их дьявольской волшбы…
— Доля ведьмака всегда нелегка!
— Это не ответ друга! Ты должен был меня похоронить, Эдгарт. Ведь мы же поклялись друг другу в этом, когда учились у Велизара. Мы с тобой были друзьями, почти братьями, а ты… Ты ушел и даже не оглянулся! Меня собирали по кусочкам и собрали воедино. Превратили в монстра, в послушное оружие! И вышло так… как вышло.
— А раз так вышло, то ты решил переметнуться к тем, против кого мы всегда сражались? — усмехнулся я.
— Мне ничего другого не остается, — покачал он головой. — Среди людей я жить уже не способен, только среди монстров… Когда меня представили госпоже, то я понял, что обрел новый смысл жизни. И знаешь… На том приёме я даже был рад видеть тебя. Я видел, что ты старательно рассматривал меня и пытался вспомнить, поэтому развлекался от души.
— На приёме у императора? Так это был ты рядом с той красоткой в красном платье? А кто она? Не поделишься секретом?
— Со временем всё узнаешь, если у тебя ещё будет это время, — ответил Радибор. — Госпожа дала мне многое, она обучила меня искусству морока и…
— И это она обернула тебя в нечто среднее между василиском и драконом? — снова перебил его я. — С помощью морока ты навел спокойствие на целый город. Пусть маленький, но город. Я вижу, что ветряница тебе в этом помогла. Вы заставили людей поверить, что дракон всемогущий и даже способен справиться с любой армией, хотя по факту никого не вызывали. Заставили поверить, что дракон — неизбежное зло… И городок смирился с тем, что каждую неделю должен поставлять девицу на съедение!
Я видел, как пан Гашек снова дернулся, но всё с тем же результатом. Он остался на месте. Он виновато смотрел на меня, но ничего не говорил. Впрочем, что он скажет? Что предал меня и моих друзей? Это и так было ясно. Всё-таки он слабый человек, а слабым людям нелегко быть героями.
