Присутствие Алекса в моей спальне напрягает и даже пугает, но я не подаю вида. Не дождётся. Уверенно вхожу в свою комнату, закрываю дверь, всё-таки надеясь, что никто не видел, как Алекс сюда входил, и включаю свет.
- Что ты здесь делаешь? Преподавателям запрещено входить в комнаты курсантов, - дерзко бросаю в него рубленными фразами и заставляю себя держаться уверенно, не допуская ни капли страха – он всё увидит, считает каждую эмоцию с моего лица и, заметив страх, его Зверь вцепится мне в горло и уже не отпустит.
- Преподавателям может и запрещено, а мне можно, - спокойно отвечает на мою гневную тираду Алекс.
Он лениво раскинулся в моём кресле, положив руки на подлокотники и закинув ногу на ногу.
Чёрные брюки и рубашка плотно облегают его по-мужски красивое тело, выделяя каждую напряжённую мышцу. Рукава закатаны до локтя и я нехотя зависаю на крупных венах, отчётливо проступающих на мужских руках…
Чувствую, как словно тягучая патока по моему телу прокатывается волна желания.
Чёёёёрт…
Резко отвожу взгляд. Хочется топнуть ногой от злости на себя.
Вот для чего я на него смотрю, а?!
Слышу, как Алекс негромко хрипло смеётся и мои уши вспыхивают от стыда.
Дьявол! Он же именно такой реакции от меня дожидался!
Ненавижуууу!!!
Собираю всю свою злость и выпаливаю:
- А не ты ли сейчас у трибуны распинался о том, что теперь командир отряда Контроля?
Алекс перестаёт смеяться, но улыбка не исчезает с его наглого лица.
- Это ты верно заметила, Кари-и, я командир, а не преподаватель.
- Не вижу разницы, - фыркаю, - поэтому убирайтесь вон из моей комнаты, командир! – демонстративно отхожу от двери, освобождая ему проход.
- А ты всё такая же дерзкая, - он хмыкает, делая вид, что не заметил моего посыла, и наклоняется вперёд, складывая ладони под подбородком и упираясь локтями в колени. Снова медленно облизывает меня с ног до головы своим плотоядным взглядом и, наконец, вернувшись к моим глазам, продолжает, - я скучал по тебе, Кари.
- А я нет! – резко выпаливаю, обожжённая его наглым взглядом, и складываю руки на груди, - повторяю – убирайся отсюда, Алекс!
- Неужели совсем не скучала? – бархатным низким голосом произносит и медленно поднимается, - совсем-совсем?
Вибрации его голоса током проносятся по моему телу, выбивая из него давно забытые искры.
Очень хочется попятиться назад, подальше от Алекса, но я мужественно стою на месте, будто приросла к нему.
Александр подходит слишком близко. Его аромат мгновенно проникает в меня и забивает каждую пору, заставляя память воскрешать похороненные в прошлом картинки нашего недолгого счастья.
Чувствую, как разгоняется до максималки моё глупое сердце, когда Алекс горячими пальцами проводит по моей щеке. Дёргаюсь, чтобы избежать его дальнейших прикосновений и шиплю:
- Уходи!
- Признайся уже себе, Кари-и, ты же тоже чувствуешь это? – он наклоняется ближе и его дыхание опаляет моё лицо, кожа мгновенно вспыхивает краской, и Алекс ухмыляется. Заглядывает в мои глаза и осторожно пальцами касается моей метки. Она тут же вспыхивает невыносимым огнём. Отшатываюсь, но Алекс удерживает меня за руку.
- Горит, Кари? – нагло всматривается в мои глаза и сам отвечает, - горит.
Хватает меня пальцами за подбородок, наклоняется к моему лицу и касается горячим дыханием моих губ.
- Ничего ещё не кончено, Кари! Ты всё ещё моя!
- Убирайся вон!!! – не выдерживаю и кричу ему в лицо.
Несколько долгих мгновений смотрим друг другу в глаза. Моя кожа пылает, а сердце бьётся уже, кажется, в горле.
Я не могу находиться так близко к нему, мне всю ломает и выкручивает от его близости, а Алекс, наоборот, выглядит спокойным и очень довольным.
Понимает, что снова поймал меня в ловушку, гад! И словно подтверждая мои мысли, Алекс наклоняется к моему уху и шепчет:
- Встретимся завтра на утренней тренировке, Ка-ри-и.
Медленно проводит ладонью по моим волосам и покидает, наконец, мою комнату.
Кари
Его глаза холодные словно сталь. Движения чёткие, выверенные до миллиметра.
Наблюдаю, как Алекс разносит в пух и прах очередного противника, и сердце неприятно ёкает внутри – я следующая.
Когда сегодня утром во время завтрака по радио объявили список зачисленных в отряд Алекса курсантов, преподавателей и тренеров, я нисколько не удивилась, услышав свою фамилию.
Отлично. Алекс не собирается отступать, что ж я тоже сдаваться ему без боя не собираюсь… я вообще сдаваться не собираюсь.
Я теперь живу сама по себе, без него. Мы две параллельные линии, которые никогда больше не должны пересекаться, но Алекс почему-то упёрся и пытается сделать из прямых линий две ломаные.
Зря надеется. Я не поддамся ему больше.
Выныриваю из своих мыслей и возвращаюсь в реальность. На тренировочных матах Алекс разматывает нашего преподавателя. Видно, что оба противника уже устали, но никто не сдаётся.
Бисеринки пота разбрызгиваются в стороны при каждом их новом движении. Острые катаны блестят в ярком свете ламп и с неприятным лязгом скрещиваются друг с другом.
Серые футболки, сырые от пота, плотно обтягивают напряжённые торсы мужчин, красиво выделяя каждую мышцу.