— Открыто пока не рискнут. Думаю, они в шоке от всех твоих выходок, будут пока изучать и нащупывать слабые стороны.
— Еще бы я знала о сильных. — пробухтела в ответ, снова прячась одеть это проклятое платье.
Не мое это — ходить, путаясь в юбках и молниях. Хотя… видеть темнеющий взгляд Кота мне приятно, конечно. Ладно. Пару юбок добавлю себе в гардероб. И платье. И… еще бы дожить нам до гардероба, ага.
Одевшись, мы вышли за дверь, Марк вывел на ней пальцами какую-то сложную руну и повёл меня навстречу ночному и древнему Выборгу.
В полную и опасную неизвестность.
Мы гуляли, ходили по старому городу, в серых сумерках его пустых улиц и разговаривали. Прямые вопросы, простые ответы. Словно снова знакомились, все у нас не как у людей.
В нашу первую встречу тогда, в Питере, все было иначе: два рядовых человека шагнули навстречу из виртуала в реал. Посмотрели друг другу в глаза, тесно соприкоснулись. Просто мужчина и женщина, безо всякой магической подоплеки.
Теперь же я шла рядом с сильным магом и оборотнем, существом полным загадок, практически сказочным, крепко держа его за руку, и прислушивалась к себе. Кажется, я окончательно приняла этот мир, его нереальную грань, со всеми демонами, магами, оборотнями, пробежками через стены и расстояния, мистикой, феноменами. Даже драконы тут были, я слышала. Параллельная плоскость, другой этаж мироздания.
И я, вдруг взлетевшая на него, как на лифте стояла в дверях, сделав лишь первый шаг. Мне было страшно. Я слабая, маленькая “человечка” и даже магический дар у меня какой-то ущербный. Пугающая бездарность.
— Тебе просто везло все это время.
Тихим голосом словно бы опасаясь меня напугать Марк рассказывал мне эту страшную сказку. Словно ребенку.
— Угу. Я прям вот ощутила. — Не смогла я в узде удержать Илону-ехидную.
— Антимаги для нашего мира — легенда. Примерно такая же, как оборотни для обычных людей. Или те же вампиры. Вы же не верите в сказки, а, человек?
Он зачем-то меня притянул к себе ближе и поцеловал. Мы стояли на Петровской набережной древнего города Выборга, любуясь на тихую воду. Рядом возвышался темный мост, яхты на пристани тихо шлепали бортами о мелкие волны ночного отлива. Тишина, белые ночи еще только близятся к пику безумия. Мягкие сумерки, самое время для волшебства. Уже очень скоро время сойдет с ума окончательно, рехнувшееся совершенно северное солнце откажется наотрез уходить за линию горизонта. Мой мир тоже сходил потихоньку с ума.
Лишь вялые чайки зачем-то устало перекликались, сидя на парапете ограды.
— А почему ты меня через стены водил, если я антимаг, разве такое возможно? И знак брачный откуда у нас у обоих, это же волшебство? И вообще: почему эта моя “антимагия” действует так непонятно и выборочно?
— Точно не знаю. — Он тяжко вздохнул, меня снова целуя, словно бы извиняясь. — Кое-что предполагаю, но пока неубедительно. Видишь ли, … Вещи есть поважнее. — Отстранился вдруг, вглядываясь в мое сонное уже лицо. Резко выдохнул, как перед прыжком в омут, вниз головой. — Скажи, если ты вдруг узнаешь обо мне что-то пугающее или крайне вообще неприятное, ты меня бросишь как быстро?
Прозвучало настолько нелепо, что я рассмеялась. После того, что я чуть было не отдалась вполне натуральному котику, с ушами, хвостом и когтями, меня может еще что-либо напугать? Хм. Сексуальная ориентация? Ха-ха… Видела я его “ориентиры”, когда раздевалась сегодня в кабинке примерочной. Выступали вполне впечатляюще. И что испугать меня может еще?
Но Марк был совершенно серьезен и терпеливо ждал от меня каких-то там честных и четких ответов.
— Ты мне не поверил? Серьезно? НУ так, зверь твой свидетель: я никакой не великий герой, всего лишь обычная девочка и крупных хищников очень боюсь. И слов не бросаю на ветер, как это не пафосно тут звучит. Я жена твоя, парень. Если ты вдруг не заметил. И развод в мои планы не входит, прости, не дождешься.
Я даже успела устать, все это ему выговаривая. Много слов, между прочим, сказала.
А он лишь быстро поймал меня снова в объятья, сжал меня крепче, резко вздохнул и вдруг выпалил:
— Люсь, я не просто оборотень. Я — катализатор.
Сокровенно так, с придыханием. Будто признался в предательстве Родины, честное слово. И в лицо мне заглядывает, совершенно потерянным взглядом. Только хвостиком не виляет, балбес. Кот, потому что, не пес.
— Здорово, — говорю ему честно. — А кто это? — хотя мне все равно, хоть транквилизатор, хоть стабилизатор хоть рационализатор, ей-богу.
Он тяжко вздохнул, ероша рукой светлые волосы и раздраженно опять почесал переносицу.
— Я, резко усиливаю все способности одаренных иных, одним своим только присутствием. В моем случае, не совсем правильный термин, но уж как назвали нас, так назвали. Прости.
Он даже сжался. А меня вдруг озарило.
— Она охотится за тобой лишь по-этому? И все они, да? Ты же почти артефакт: кто в карман положил, тот и в дамках.
— Да. И так будет всегда. Понимаешь?
