— Несчастный случай во время агарисского наводнения? — уточнил Алва безэмоционально.
— Нет. — Мэллит сглотнула и произнесла отчётливо и внятно, хотя пальцы её мелко дрожали: — Альдо умер потому что так решил он сам.
Ричард Окделл, сидевший весь напрягшись, прерывисто выдохнул и сжал кулаки, словно он заподозрил худшее. Робер подавленно молчал: он уже знал в общих чертах о судьбе своего друга. Алва задумчиво рассматривал молодую женщину: похоже, он решил позволить ей высказаться самой, без его помощи.
Мэллит, кажется, поняла это и собралась с духом.
— Когда Альдо уходил, — произнесла она тихим голосом, но твёрдо, — он знал, что трон этой страны не его наследство. Он не хотел брать чужого. И я тоже не хочу. Я не хочу, чтобы над моим сыном довлело прошлое чужого рода!
— Вы ждёте ребёнка, эрэа? — с живостью спросил Алва, разом обратив внимание на последние слова.
Мэллит кивнула, подняв на него огромные испуганные глаза.
— Но раз наследство Раканов не ваше, — продолжал Алва, — то что тогда достанется ему и вам?
— Пока я жив, они ни в чём не будут знать недостатка! — решительно вмешался в разговор Робер. — Я позабочусь о семье моего друга как должно.
— Робер… — несмело прошептала Мэллит с тревогой и признательностью.
— Это законное желание, эрэа, — произнёс Алва, внимательно посмотрев на них обоих и, видимо, что-то решив для себя. — Я вполне его одобряю. Герцог Эпинэ достаточно богат, и у него найдутся земли и титул для вашего сына или приданое для вашей дочери. Но под каким именем вы станете жить в Талиге, эрэа? Вы уже думали об этом?
Приведённая в замешательство быстротой, с которой регент принимал решения, Мэллит отрицательно покачала головой.
— Царственная… Царственная бабушка подарила мне имя баронессы Такози, — призналась она. — Но я не имею на него прав.
— Если принцесса Матильда сделала вам такой подарок, то имя ваше, — твёрдо возразил Алва. — Однако я предпочёл бы, чтобы вы были талигойкой, а не алаткой. Если бы вы вторично вышли замуж здесь, в Талиге, то стали бы мне соотечественницей и дали вашему ребёнку законного опекуна. Я говорю об этом не для того, чтобы умалить вашу скорбь по супругу, — добавил он серьёзно, — а в интересах вашего сына. Тем более, что здесь у вас есть преданный друг. Герцог Эпинэ пожелал принять на себя заботу о вас и вашем ребёнке. По истечении срока траура вы могли бы отблагодарить его равной заботой о нём самом.
Робер бросил на Алву быстрый взгляд, в котором блеснула невольная признательность. Мэллит склонила голову, слегка покраснев.
«Неужто у этой парочки когда-то был роман?» — подумал заинтригованный Марсель. Рокэ явно что-то заметил, иначе он не заговорил бы о брачных планах!
— Альдо… Альдо оставил мне кое-что, — несмело произнесла гоганни, снова взглянув на регента. — Я хочу показать эту вещь вам.
Мэллит обернулась к Роберу и тот, поднявшись, направился к двери. Приотворив её, он обменялся несколькими словами со слугой-алатцем, ожидавшим госпожу в соседней комнате, и тут же вернулся, неся нечто, завёрнутое в шарф. Остановившись перед Мэллит, Робер осторожно положил свёрток ей на колени.
Гоганни поколебалась с минуту, но затем потянула за конец шарфа и медленно размотала его. Когда ткань сползла, в её руках остался небольшой изящный жезл из светлого металла с набалдашником, украшенным большим лиловым камнем.
Алва, наблюдавший на её действиями с неослабным вниманием, поднялся со своего стула, сделав шаг по направлению к молодой женщине.
— Вот наследство моего сына, — прошептала Мэллит, не поднимая глаз от жезла. — Альдо сказал: только эта вещь несомненно принадлежит ему.
— Это жезл Эсперадора Адриана, — произнёс Ворон, внимательно рассматривая реликвию, но не прикасаясь к ней. — Считается, что это один из даров Ушедших своим потомкам. Он знаком вам, Ричард?
Юноша тоже встал и подошёл к Мэллит.
— Кажется, я видел его изображения на старинных картинах, — ответил он. — Но что касается его самого… Он напоминает мне тот посох, который я однажды заметил в руках у Ойдмы… в Лабиринте, в видениях, которые у меня там были, — быстро пояснил он. — В воспоминаниях моего предка Лита.
Марсель вытаращился на юного герцога: тот говорил вполне серьёзно, а между тем всё, что он говорил, смахивало на бред сумасшедшего. Осмотревшись, виконт, однако, заметил, что никто не разделяет его мнения. Рокэ слушал своего оруженосца с напряжённым вниманием.
— У вас были видения? Вам являлся ваш предок, Ричард?
— Да. Я сам был им, монсеньор.
Рокэ круто повернулся в Мэллит.
— А что скажете вы, эрэа?
— Это жезл Повелителя Волн, — ответила вдова непринца Неракана. — С его помощью Альдо вызвал потоп в Эсперадоровом городе.
— Что? — оторопело повторил Марсель. — Он вызвал потоп? В самом деле? Вот так история!
Положительно: все вокруг посходили с ума!
— Вы уверены, что за это ответственен ваш муж? — переспросил Алва: теперь и в его голосе проскользнуло удивление. — Это точно не было стихийным бедствием?
Мэллит низко опустила голову, как виноватая. Ричард Окделл в волнении сделал ещё один шаг по направлению к ней.
