Капитаны Энрикес и Кохрани, неожиданно быстро нашедшие общий язык, посоветовали Дику не слишком удаляться от течения реки. В лес отрядили разведчиков — надорца и кэналлийца, которые почти сразу же растворились в направлении проезжей дороги.
Ричард жестом поманил к себе Гиллалуна.
— Ты взял с собой крестьянскую одежду, как я велел? — вполголоса спросил он.
Гиллалун ткнул большим пальцем себе за спину: на его плечах красовался крепко увязанный тюк из местной дерюги.
— Всё, как вы изволили приказать, вашмилость, — доложил он. — И накидка, и колпак.
Так Гилл именовал плащ и шляпу местных крестьян.
— Отлично, — кивнул Дик, вполне удовлетворённый. — Тогда оставь свою лошадь капитану Кохрани, а сам смени одежду и подберись поближе к замку. Иди вдоль реки, но смотри, не попадись под обстрел наших мушкетёров.
Гиллалун спрыгнул на землю и принялся сноровисто переодеваться: его горскую шапку и плащ быстро сменили грубая накидка и потрёпанная шляпа с обвислыми полями, которую носили местные бедняки.
— Прошу прощения, ваша светлость, — вмешался встревоженный капитан Энрикес, — но соберано запретил нам проникать в замок.
— Я и не приказываю Гиллалуну проникать в замок, — ответил Дик высокомерно. — Я приказал ему подобраться поближе. Монсеньор разрешил оказать помощь кардиналу Левию, если его высокопреосвященство сумеет выйти на дорогу в Нежюр. Однако как мы узнаем об этом, сидя в лесу в полухорне от замка?
Капитан Энрикес вынужден был признать правоту герцога Окделла. Вместо возражений он склонил голову и предложил:
— Тогда позвольте мне дать вашему слуге помощника из числа моих людей.
— Гилл знает его высокопреосвященство в лицо, — возразил Дик. — В отличие от ваших солдат. К тому же, чем меньше посторонних окажется у замка, тем лучше. Пусть мой телохранитель делает своё дело. Он подготовлен к этому лучше других.
Кэналлиец кинул беглый вопросительный взгляд на Роберта Кохрани.
— Дуву Гиллалуну вполне можно доверять, — подтвердил тот. — Считайте, что он ваш разведчик, Энрикес.
Спор закончился; последнее слово осталось за Ричардом. Склонившись к самому уху Гилла, он шёпотом дал последние наставления, после чего телохранитель скрылся в зарослях орешника.
Тем временем вернулись дозорные с докладом.
— В засаде не больше сотни всадников, — сообщили они. — Ими командует молодой господин, ровесник его светлости герцога Окделла.
— Жюльен Горуа или Жорж Гайар, — назвал Дик имена своих однокорытников.
— Где прячется отряд? — осведомился капитан Кохрани.
— Засели в ельнике недалеко от дороги.
Эр Роберт повернулся к Ричарду.
— Милорд, я советовал бы вам занять позицию ближе к южной окраине леса, чтобы перекрыть мятежникам дорогу к мосту.
Ричард повернул голову в указанном направлении, но увидел только частые стволы деревьев, сквозь которые ничего нельзя было рассмотреть.
— Хорошо. Ведите нас, — распорядился он с подавленным вздохом. — Капитан Энрикес, вы будете в арьергарде.
Однако они не успели даже приступить к манёвру, как с северной стороны донеслось слабое эхо взрывов и сухое, словно бы деревянное щёлканье. Ричард подумал было, что это бурелом стучит на ветру, но тут же яростно одёрнул себя: он с ума сошёл, что ли? Какой бурелом? На севере стреляли, и пули рикошетили от каменных стен.
— Похоже, наступление началось, — бросил капитан Энрикес, блестя в темноте белками глаз. — Нам не стоит медлить.
Они расположились окрай леса, недалеко от дороги, взяв её в кольцо. Дозорных отправили наблюдать за отрядом мятежников и за рекой, из-за которой уже раздавалась канонада батареи генерала Лефлёра. Дик, как и остальные офицеры, затаился верхом на Соне, низко пригнувшись к луке седла. Ждать предстояло долго.
Самое тяжёлое на войне, подумал Дик, вдруг ощутив болезненный укол тоски, это сидеть в засаде и бездействовать, пока другие сражаются за тебя.
И так было всегда, с горечью вспоминал он, невидяще всматриваясь в неумолимо наступающий рассвет, мерцающий сквозь частый ряд деревьев. Его всегда прятали за чужими спинами. В Окделле — матушка, не позволившая Дораку добраться до её сына. Хотя кардинал и сам не слишком к этому стремился: он располагал и временем и возможностями избавиться от наследника Эгмонта в будущем. В Агарисе Ричарда прикрыл Левий — после глупейшего покушения во имя королевы, которую и не нужно было спасать, Магнус Ордена милосердия великодушно пришёл к нему на помощь, и поэтому сегодня он просто обязан спасти его высокопреосвященство в свою очередь. В Алате и Гальтаре его сопровождал Гиллалун — верный Гилл, который скорей бы умер, чем позволил причинить вред своему господину. И даже в Лабиринте он не оставался в одиночестве — в разговоре с Каталлейменой его заслонил собой Ушедший предок Лит.
