Коня он оставил у стены, через которую ловко перелез, не зацепившись ни за одну веточку. Сочтя это хорошим знаком, Марсель двинулся по парку наугад, пытаясь определить местонахождение здешней церковной процессии по пению гимнов. С заходом солнца поднялся сильный ветер: его порывы относили звуки в сторону на приличное расстояние. Быстро темнело; похоже, собиралась гроза. Пошатавшись по парку ещё минут десять, Марсель, наконец, набрёл на процессию и начал осторожно пробираться в её начало, надеясь заметить рядом с Эпинэ пропавшего разбойника.
Молния, сверкнувшая из набежавших туч и озарившая всё вокруг, пришла Валме на помощь. Он увидел так отчётливо, словно смотрел на сцену Золотого театра с самой дорогой (суан за вход) центральной галереи: во главе процессии величественно плыла принцесса Ракан — высокая колоритная дама, окружённая слугами и арендаторами. Однако ни её внука, ни его скорбного друга поблизости не наблюдалось.
Огромная бесшумная молния напугала эсператистов: послышались встревоженные вскрики и пронзительные взвизги. Мужчины и женщины задирали головы, опасливо поглядывая в нахмуренное небо; свечи заметно дрожали у них в руках. Принцесса Ракан прибавила ходу, очевидно, намереваясь поскорее вернуться во дворец. Марсель отстал от процессии, задумавшись.
Если Ракан и Эпинэ не участвовали в шествии, это означало, что они занимаются тайными делами, не терпящими лишних глаз и ушей. А для этих целей — что удобнее праздника, когда все ненужные свидетели шатаются за пределами дворца!
Офицер по особым поручениям всей кожей ощутил зуд охотничьего азарта. Скучные поиски Жана-коновала внезапно превращались в захватывающую интригу. Марсель потёр руки, предвкушая приключение. Нужно только проникнуть в опустевший дворец и найти там двух — точнее трёх, считая бывшего разбойника — заговорщиков. Конечно, Алва не поручал своему офицеру лазить в окна к Альдо Ракану, но, в конце концов, разве особые поручения заключаются не в этом?
Марсель крадучись приблизился к дворцу. В парадные двери соваться, разумеется, не стоило, а у входа для прислуги так и сновали поварята, готовившие праздничное угощение. Будь Марсель одет иначе, он попытался бы прикинуться посыльным или поставщиком… Но, кошки подери, дворянин он или нет?! Он, конечно, выбрал на сегодня самый неприметный костюм, но Валмону неприлично выглядеть как какой-нибудь торговец или ремесленник. Сапоги из дорогой кожи, шёлковый (по жаркой погоде) камзол — разумеется, тёмный и без вышивки, но отлично подогнанный по фигуре, тонкая рубашка, фетровая шляпа со страусиным пером и, главное, длинная шпага — даже последний дурак сообразит, что перед ним не слуга и не фермер. Придётся поискать другие двери. Сакаци — небольшой дворец, но у бокового фасада наверняка есть второй подъезд.
Марсель нырнул в подстриженные кусты и быстро перебрался на южную сторону. Молния снова помогла ему. В мертвенном свете змеевидного зигзага Валме заметил длинную, увитую зеленью террасу, тянувшуюся вдоль бокового фасада прямо под балконами второго этажа. Превосходно! То, что надо. Стоит добраться до одного из этих балконов, и он, считай, уже во дворце! Но когда молния погасла, вокруг сгустилась такая тьма, что Марсель на минуту перестал понимать, где находится.
К счастью, едва он осторожно выбрался из кустов, блеснул свет. Свет сочился между колонн, поддерживающих навес террасы. Похоже, там кто-то был, и не один: Валме рассмотрел фигуры двух мужчин, которые не спеша прогуливались вперёд и назад. Подобравшись чуть поближе, Марсель замер и даже протёр глаза от изумления: одним из собеседников оказался сам Ракан собственной персоной. Второй, заметно ниже ростом и старше, с виду представлялся богатым дельцом или торговцем. Эпинэ и пропавшего послушника поблизости не было, но Марсель решил, что их поиски он отложит на потом.
Увы! С того расстояния, на котором находился Валме, разговор Ракана с неизвестным совершенно невозможно было подслушать. Широкие просветы между колоннами и огонь на треногах, расставленных по всей террасе, не позволяли Марселю подобраться ближе. Единственный способ проследить за Раканом состоял в том, чтобы взобраться наверх по побегам хмеля и осторожно подползти к собеседникам по решётчатому навесу.
Отступив за самую дальнюю колонну, Марсель аккуратно закинул наверх шпагу, шляпу и плащ и храбро взял террасу на абордаж. Вражеский борт возмущённо заскрипел, но покорился. Вскарабкавшись по хмелю, как по абордажному канату, Марсель с облегчением рухнул на пышную зелёную подстилку, которая тут же мстительно засунула ему в нос свои одуряюще пахнущие шишки. Отфыркиваясь, Валме встал на четвереньки и осторожно пополз вперёд. Кошкин трельяж отчаянно трещал и шатался, над головой гремел гром и завывал ветер, а предательские побеги так и норовили вцепиться в волосы и ухватить за пояс.
