— Не беспокойтесь, друг мой: отец Урбан и Главный атторней не позволят герцогу захватить наследника, — успокоительным тоном сказал тессорий. — Но нам нужно как можно быстрее покинуть столицу. Я думал, сын мой, что вы хоть на что-то годитесь, — продолжал он, снова повернувшись к генералу. — А вы даже не смогли выторговать у Алвы условий для безопасного отъезда вашей семьи и друзей!
— Вы не справедливы ко мне, сударь! — с горячностью возразил Леонард. — Если вы отдадите Алве принца и юных Приддов, он отпустит вас целыми и невредимыми!
— Юные Придды — мои воспитанники, брат мой, — возразил Главный церемониймейстер. — По распоряжению покойного короля я их официальный опекун. На каком основании герцог Алва требует их себе?
— Ваши воспитанники теперь — новый герцог Придд и граф Васспард! — запальчиво ответил Леонард. — Их старший брат умер.
— О! — поражённо воскликнул тессорий. — Вы уверены в этом?
— Совершенно. Я сам видел его тело в алтаре Нохской церкви. Мне сказали, что он погиб, освобождая Алву из Багерлее.
Граф Манрик многозначительно переглянулся со старшим сыном и остальными членами своего «огрызка».
— Вот это действительно важное известие, — произнёс он. — Я рад, сын мой, что вы оказались в состоянии узнать хоть что-нибудь действительно стоящее. Жаль только, что вы не смогли воспользоваться этим как до́лжно. Неужели вы не осознаёте, как глупо себя вели, имея такой козырь на руках?
— Я не понимаю вас, сударь. — Поражённый неприятной мыслью Леонард даже отступил на два шага от отца. — Не хотите же вы сказать, что мне нужно было шантажировать Алву жизнью и свободой двоих детей?.. Это немыслимо!
Граф Миоссан презрительно крякнул, а тессорий только досадливо махнул рукой.
— В любом случае сейчас уже поздно, — негромко заметил Главный церемониймейстер. — Нам вряд ли удастся вывезти их из Олларии. Алва начеку, и если он отпустит нас самих, то не отпустит нас с Приддами. Нужно удержать в своих руках хотя бы принца.
— Хвала Создателю, что он не в Олларии! — воскликнул геренций. — Господин Флермон был трижды прав, советуя держать его за городом!
— Вы правы, — сухо согласился тессорий. — Итак, — он снова повернулся к Леонарду, — у нас есть время до заката? — Генерал кивнул. — Отлично! Мы не принимаем условий герцога Алвы, который беззаконно именует себя Верховным Правителем Талига!
— Одумайтесь, отец! Вы упускаете выгодные условия, — настаивал Леонард. — Вы ведь знаете, на что способен Ворон, Леворукий подери! Скажите ему, что принц у Колиньяра и отдайте юных Приддов. Через несколько часов будет поздно, и…
Тессорий отвернулся от сына, не дослушав.
— Граф, — произнёс он, обращаясь к Адлербергу, — вам, как Главному камергеру, известны все входы и выходы из Ружского дворца. Сможете ли вы добыть для нас ключ от Ворот предателей?
Тессорий произнёс это название без всяких задних мыслей, но все невольно вздрогнули. Слово было сказано.
— Безусловно, ваше сиятельство, — отозвался Адлерберг, чуть помедлив: ему потребовалось несколько секунд, чтобы избавиться от впечатления, вызванного неприятной аналогией. — Но на реке наверняка устроены заставы.
Воротами предателей назывался выход из Ружского дворца, который вёл прямо на реку. Покинуть дворец этим путём можно было только на лодках. Им пользовались обычно при отправке или доставке государственных преступников.
— Однако это всё же самый безопасный выход, — вздохнул сенескаль Миоссан. — Если мы минуем городские ворота по Данару, то сможем благополучно улизнуть.
— Нам придётся разделиться и взять охрану, — заявил тессорий и озабоченно повернулся к полковнику Арнольду Манрику. — На кого из ваших людей мы можем положиться, сын мой?
Тот встрепенулся и по-военному чётко шагнул вперёд.
— Я уже отобрал самых надёжных, — отрапортовал он. — Они ждут нас в передней.
— Превосходно! — одобрил тессорий. — Слава Создателю: вы не такой мямля, как Леонард. Отправьте небольшой передовой отряд с нашего причала. Реку пересекать не нужно. Пусть плывут на восток и ждут нас за заставой короля Франциска.
— Отец… — начал генерал Манрик.
— Когда мы выберемся из Олларии, то отправимся на север, — перебил сына тессорий. — Герцог Ноймаринен — родной дядя кронпринца Карла, ему и надлежит стать регентом при короле, права которого пытается присвоить герцог Алва! А что касается лично вас, — и граф Манрик смерил Леонарда пренебрежительным взглядом, — то вы останетесь здесь с полком вашего брата и попробуете доказать, что вы действительно мой сын, а не позор на репутации вашей матери!
Генерал дёрнулся как от пощёчины.
— Захватывая наследника, вы совершаете большую ошибку, отец, — проговорил он сквозь зубы. — Но, если такова ваша воля, я выполню её, даже если это будет стоить мне жизни!
